Ленин. Неизбежность (фильм 2019)

Берлин, остров Шваненвердер, 1924 год. В своем особняке Александр Парвус спускается с лестницы, размахивая зажатой в руке газетой. От кричит по-немецки: умер! Парвус велит своему слуге: Гриша, шампанского тащи! Самое лучшее. А другого у меня и нет. Парвус перечитывает статью о смерти Ленина: радость-то какая – сдох. Григорий интересуется: шампанское в кабинет подавать? Парвус: а куда же еще? И проектор подключи. Парвус устраивается перед экраном и смотрит хронику, предаваясь воспоминаниям.

Берлин, 1916 год, кинотеатр «Moviemento». За сидящим в зрительном зале Парвусом ведет слежку агент русской контрразведки. За ним входят еще двое, устраиваются сзади. Потом появляется куратор Парвуса от немцев Макс Майер, садится на соседнее кресло. Парвус интересуется результатом его переговоров со статс-секретарем Германии Готтлибом фон Яговым: так он отказал? Решил, что это будет самоубийством для Германии? Майер: он согласился и даже одобрил выделение вам первого миллиона марок. Вам нужно подготовить список лиц, которых можно привлечь к реализации вашего плана. Как только его превосходительство увидит, что вы начали работать – деньги будут.

Люди Майера накидывают на шею русского агента удавку, душат его.

Майер: сегодня исторический день, нас с вами запомнят именно благодаря этому дню. Поздравляю! Парвус: вот вам готовый сюжет. В маленьком зале «Moviemento» решалась судьба Российской империи…

Служащий кинотеатра проверяет покинутый зрителями зал, обнаруживает человека, которого принимает за спящего. Он пытается его разбудить и видит, что тот мертв.

Парвус приходит в отель «Бристоль» к своей любовнице Софье Рудневой. После постельных развлечений Парвус говорит, что ему нужна партия, которая полностью возьмет на себя работу в России. Но кто это? Вот Троцкий был бы хорош, если бы не его тупая статья: Парвус больше не существует, Парвус – политический Фальстаф… А ведь я ему деньги давал на его лживый парижский листок. Софья: а анархисты? Парвус: они раздроблены, Кропоткин агитирует за Антанту. Эсеры? Полностью дискредитировали себя, с ними и немцы работать не будут. Парвусу приходит идея: Ленин! А что? Большевики сохранили организацию, у них есть люди и здесь, и в России, сохранились каналы поставки литературы, оружия, денег. Знаешь, как они его называют? Старик. Софья: Ленин – вещь в себе. Никто не знает, что он думает и что сделает в следующий момент. Парвус: он – прагматик, всегда оставляет дверь приоткрытой. И я влезу в эту дверь.

Цюрих, Швейцарская конфедерация, 1916 год. Владимир Ульянов (Ленин) и Надежда Крупская поселяются в районе, который облюбовали дадаисты. Ленин таким соседством доволен: прекрасное будет место для встречи революционеров. Где лучше спрятать дерево? Конечно, в лесу.

В «Кабаре Вольтер» Ленин знакомится с руководителем дадаистов в Цюрихе Тристаном Тцарой. Они разыгрывают шахматную партию, Ленин объявляет шах. Тцара берет короля и выбрасывает его: как вам такой ход? Ленин отвечает: а как вам такой? Он сметает все фигуры с доски на пол. Тцара в восторге: добро пожаловать в «Кабаре Вольтер», герр Ульянов. Торжественно объявляю вас истинным дадаистом.

Восточный фронт. Солдат Парфенов засел в окопе и отстреливается от своих. Ротмистр Алексей Мезенцев кричит ему: сдавайся, Парфенов, и так уже дел наворотил. Прапорщик говорит Мезенцеву: да не сдастся он, гранату туда бросить – и дело с концом. Ротмистр возражает: а ты его живым возьми, умник. Веди с ним разговор. Прапорщик начинает увещевать солдата: Пасха на дворе, а ты вон, что учудил. Ты, Парфенов, хуже немчуры, хоть и наш, православный. Тем временем Мезенцев подкрадывается к Парфенову сзади, обезоруживает его, бьет кулаком по лицу и берет под арест.

Во время допроса ротмистр стыдит арестованного: что ж ты, Парфенов, вроде справный солдат, а антиправительственные газетки своим товарищам вслух читаешь. Против царя, Отечества, веры православной. Тот возражает: против веры и отечества там ничего не написано. Мезенцев: а стрелял-то зачем, дурья ты башка? Тебе ж за это военно-полевой суд светит, присудят расстрел за измену присяге. Парфенов: воля ваша. Только газеток этих, знаете, сколько по всему фронту? Это ж сколько вам солдатов пострелять придется? Мезенцев: а ты, я смотрю, философ. Думай теперь, Сократ, что дальше делать будешь. Уведите его! Капитан интересуется: ну что, назвал он агитаторов? Или сам вызвался? Мезенцев: сам да не сам. Вы, капитан, не заметили, как у вас в батальоне большевик шуровал. Капитан: и что вы теперь собираетесь с этим солдатом делать? В военно-полевой суд отдам. А может, не надо? Ну расстреляете вы его, но газет этих поганых все равно меньше не станет. Согласен, не станет. Прапорщик: а по мне, так даже веселее. Пусть все летит в тартарары. Вот пойдем мы в наступление – нас все равно всех поубивают. Капитан: так господина Мезенцева здесь уже не будет. Вы когда расположение покидаете? Завтра утром. А на счет Парфенова предписание напишете? Да не буду я ничего писать, пускай дальше стреляет, вы только объясните ему – куда. И то правильно. Капитан протягивает ротмистру крашеное яйцо: Христос воскресе! Воистину. Офицеры трижды целуются. Перед уходом Мезенцев дает совет: вы только отныне солдатам спины не подставляйте.

Контрразведывательное отделение главного управления генерального штаба. Мезенцев в парадном мундире входит в кабинет начальника контрразведки, полковника жандармерии князя Василия Туркестанова. Тот говорит: что это вы, Мезенцев, вырядились не ко времени и не к месту? Ко мне, как к невесте заявились. Мезенцев: я к вам не напрашивался. Куда определили, туда и явился. Мне сказали, что у вас кадров не хватает. Туркестанов: да, людей не хватает. Вот только человек человеку рознь. Был у меня Ухтомский – золото, а не агент. Я сам его всему научил, столько труда было вложено. И что же? Удавили в берлинском синематографе, средь бела дня. А еще говорят – нация Бетховена и Гете. Дикари. Ладно, чего уж там… Попробуем работать вместе. Вот блокнот Ухтомского, его последний набросок с натуры. Мезенцев: кто изображен, известно? Парвус. Это по латыни? Кличка его. Маленький незначительный человечек? Ему хотелось бы представить себя таковым, с юмором господин. Настоящее имя Израиль Лазаревич Гельфанд. Революционер, эмигрант, в 1905 году проходил по охранному ведомству. В поле зрения контрразведки не попадал. До сего дня. Чем же теперь он стал интересен? Ухтомский ходил за ним, пока сам себя не выдал, и тут же был убит. Вот вам и маленький незначительный человечек.

Ленин говорит соратникам: черт, это меня дьявол искушает. Карл Радек: если Парвус здесь появится, нужно выслушать его предложение. Григорий Зиновьев: слышал, он сделал состояние в Турции на торговле оружием. Радек: домыслы, и потом – лучше еврей с деньгами, чем еврей без них. Парвус фигура противоречивая, но он был в революции с 1905 года, такого человека нельзя просто так сбросить с корабля современности. Зиновьев: если не сбросить – он всех нас потопит, Парвус дискредитировал себя. Ходят слухи, будто он связан с немцами.

Мезенцев просматривает дело Парвуса, находит служебную записку: бежал из ссылки, объявился в Германии, где приобрел печальную славу среди социал-демократов.

Ленин и Инесса Арманд совершают велосипедную прогулку по лесу. Арманд интересуется: так ты хочешь встретиться с Парвусом?И хочу, и не хочу – такая вот диалектика. Это Троцкий всех запутал: Парвус – политический Фальстаф. Он погрешил хорошей метафорой против истины. Парвус – не Фальстаф, это очень опасный человек. И умный. Арманд: ходят слухи, что он связан с немцами. Ленин: а вот это плохо, нас не поймут. Впрочем, на одной чаше весов мы имеем умного авантюриста, который хочет использовать прозябающего в Швейцарии теоретика, а на другой – мое понимание реальной ситуации и возможность воспользоваться этим умником. Голод, разруха, война, Россия шатается. Что мне предпринять? Арманд: заправить ушки. Давно хотела сказать, Володя, что тебе очень идет эта кепка, нужно только заправить эти смешные ушки. Арманд поправляет головной убор Ленина. Тот бормочет: да, ушки на макушке… Все-таки мне нужен этот Парвус, черт бы его побрал. И что самое гадкое – он мне нужен больше, чем я ему. Хотя иной мерзавец может быть нам полезен именно тем, что он – мерзавец.

Ленин возвращается домой, мурлыкая под нос романс «Нас венчали не в церкви». Крупская интересуется: что у тебя с кепкой? Инесса сказала, что мне так идет. Крупская дуется: я, конечно, ничего не имею против Инессы, она хороший человек. Но уже столько лет… У вас чувства? Ленин раздражен, он упрекает жену в буржуазности: мы с ней просто катались и обсуждали Парвуса. Крупская: а нас как раз венчали в церкви, ты под венцом стоял. Забыл? Вот это – по-буржуазному. Грешен, стоял. Но это все твоя матушка, царство ей небесное, настояла. Странно, но я даже скучаю по ней.

Флешбэк. Село Шушенское, Енисейская губерния, 1898 год. Проходит таинство венчания. Когда священник произносит слова «венчается раб божий Владимир», Ленин недовольно бурчит себе под нос что-то про раба. Теща его одергивает.

Парвус отправляет Софью в сопровождении Григория в банк, куда они должны доставить полученные от немцев деньги. Пару провожает пристальным взглядом Якуб Ганецкий. Парвус спрашивает: вас что больше интересует – девушка или саквояж? Ганецкий: я от Старика, меня зовут Куба.

Ленин встречается с Парвусом. Он говорит: война – лучший хворост для революции. Ленин: война с Германией нам не поможет, нет такого боя, который был не вытерпел русский народ. А если Николашка и правда подпишет сепаратный мир, нам с вами не с кем будет говорить о революции. Парвус соглашается: но подтолкнуть лавину можно только деньгами. А вы сейчас единственный русский социалист, у которого есть силы, темперамент, опыт, чтобы возглавить революцию. Давайте готовить ее прямо сейчас. Я привез вам деньги. Немецкие деньги? Да, немецкие. Я убедил этих идиотов оплатить нам все. От вас потребуется лишь то, что вы сами всеми силами приближали: активировать ячейки большевиков в Петрограде, сказать, где, кому, сколько платить, куда отправлять оружие, кто будет принимать листовки и прокламации, кто будет руководить. Не бойтесь испачкаться, всю грязь я беру на себя. Парвус, вы меня искушаете, словно демон Христа в пустыне. Считаете себя Христом, Владимир Ильич? Ну что вы, Александр Львович! Вы же тоже не дьявол. Так каким будет ваш ответ? Связаться с немецкими деньгами – это похоронить себя как политика. Не надо с ними связываться, я все возьму на себя. Так мы договорились? Скажем так: ваше предложение меня заинтересовало.

Туркестанов и Мезенцев проводят у адвоката Лунца обыск, во время которого полковник подбрасывает карту дислокации частей Юго-Западного фронта. Контрразведчики вынуждают адвоката стать их осведомителем, информировать их о деятельности Парвуса.

Туркестанов и Мезенцев присутствуют при извлечении из проруби тела Григория Распутина, философствуют по этому поводу.

Крупская и Ленин слушают оперу Вагнера. К ним в ложу приходит Парвус. Крупская просит подождать с обсуждением дел: Володя очень любит Вагнера. Ленин говорит: изумительная музыка. Но часто я ее слушать не могу – раздражает. Хочется милые глупости говорить, гладить по головкам людей, которые, живя в этом грязном аду, могут создавать такую красоту. А сегодня гладить нельзя – руку откусят по локоть, Надо бы бить по головкам, бить безжалостно. Хотя в идеале мы против всякого насилия. Парвус сообщает: оружие будет отправлено сегодня в Россию кораблем. Ленин: свяжитесь с двумя нашими товарищами, они помогут наладить бесперебойный канал. И нам с вами не обязательно видеться лично, только в самых крайних случаях.

Ганецкий организует поставку оружия.

Туркестанов и Мезенцев приходят к Лунцу: до нас дошли слухи об оружии, которое закупают большевики. Лунц подтверждает, что ожидается крупная партия, которая закуплена на деньги Парвуса. Контрразведчикам этой информации недостаточно, они требуют от осведомителя больше фактов.

Партию оружия удается перехватить. В перестрелке погибают три большевика, двое ранены, трое взяты под арест.

Руководитель ячейки большевиков добивается от Лунца признания, что тот был завербован контрразведкой. Он убивает предателя.

Ленин в «Кабаре Вольтер» играет в шахматы с Тцарой. Зачем вам эта революция? А зачем вам ваша дада? Вы хотите славы, власти? Я хочу мести старому миру, всем тем, кто убил моего брата. Революция из мести? Парадокс! А я люблю парадоксы. Ну, не надо так сильно упрощать. Неужели вы не верите, что я хочу построить новый мир? Но в этом же нет смысла. Если я выиграю у вас партию – мне удастся обыграть Николашку. Не получится, вам шах. Жертвую королеву. Принимаю вашу жертву. Ленин: вам мат, я пожертвовал крупную фигуру, но выиграл партию.

В феврале 1917 года в Петрограде происходит буржуазная революция.

Ленин возмущается: это не революция, а заговор англо-французских империалистов. Нужно возвращаться сейчас же! Зиновьев: это невозможно! Ленин: мне нужен шведский паспорт. Крупская: но ты же не говоришь по-шведски. Я буду изображать глухонемого шведа. Зиновьев: это несерьезно. Радек: можно перейти границу при помощи контрабандистов. Зиновьев предлагает пересечь границу на самолете. Крупская говорит, что это неприемлемые варианты: Владимир Ильич не может вернуться в Россию один, ему требуется сопровождение. Зиновьев и Радек говорят, что подберут варианты.

Петроград. В контрразведке революционеры разоряют архив. Мезенцев крадет личное дело Парвуса. Появляется депутат Шульгин. Он требует отдать ему дело Парвуса. Мезенцев отказывается. Шульгин ему угрожает:вы еще пожалеете о своем поступке.

Парвус приходит в «Кабаре Вольтер», разговаривает с Лениным. Он обещает отправить его в Россию на поезде через Германию. Ленин ставит свои условия: оплата проезда будет произведена на партийные средства. Кроме того, он поедет не один, с ним будет целый вагон эмигрантов. Парвус соглашается. Ленин интересуется: почему я, а не Троцкий? Парвус: я много думал об этом. Вы – неизбежность для России.

По улице Петрограда идет колонна людей с красными бантами и с транспарантами в руках, они скандируют революционные лозунги. За шествием наблюдает переодетый в штатское Туркестанов. От колонны отстает один человек, он подходит к Туркестанову: вы меня не помните? Нет. А ведь это вы взяли меня с подельником в 1913 году. Причем я получил больше, чем он. Ничего, он потом умер в заключении. Трукестанов: я просто выполнял свою работу. А наказание вам назначил судья. Человек бьет Туркестанова ножом в живот, тот сползает на землю. Человек вытирает лезвие ножа о пальто Туркестанова и догоняет ушедшую вперед колонну.

Станция Дно, 1 марта 1917 года. К Николаю II проходит лейб-хирург императорской семьи Сергей Федоров. Николай: у меня к вам всего один вопрос. Прошу ответить правду. Выживет ли мой сын? Федоров: будет большое чудо, если наследник доживает до своего шестнадцатилетия. Николай подписывает акт об отречении от престола.

Парвус пьет водку, закусывает огурцами. К нему из спальни выходит Софья. Она говорит: наступает ключевой момент в твоей революции, а у тебя нет человека в Петрограде. Отправь тудаменя. Парвус: я не могу так рисковать. Софья: это прагматичнее, чем рисковать твоей революцией. Я хочу сделать это для нас.

Софья приходит в «Кабаре Вольтер» и сообщает Ленину, что хочет поехать с ним в Россию.

Мезенцев пьет водку перед портретом покойного Туркестанова. Он обещает остановить революционеров.

Мезенцев приходит к Шульгину, избивает его, добивается информации о том, где и когда будут транспортировать эмигрантов. Шульгин: на днях будет поезд из Германии.

Политэмигранты в Цюрихе на вокзале стоят на перроне. Звучат крики: предатели! Ленин призывает товарищей не поддаваться на провокации. Крупская указывает Арманд на Софью: говорят, она ушла от Парвуса. Та обещает присмотреть за любовницей Парвуса. Арманд подходит к Софье, знакомится с ней.

В купе сидят Арманд и Софья. Приходит Крупская. Женщины разговаривают о любви. Крупская рассказывает о начале своих отношений с Лениным. Она резюмирует: любовь – это верность. Арманд добавляет: его интересам, а не своим. Софья: а если они не совпадают? Крупская: значит, это не спутник, а попутчик. Софья: в поезде трудно угадать, кто спутник, а кто попутчик.

Мезенцев приходит в приемную к Милюкову, просит предотвратить приезд в Россию Ленина. Милюков отвечает отказом. Мезенцева арестуют приведенные Шульгиным дружинника Петросовета, его помещают в тюрьму, жестоко избивают. Шульгин требует рассказать, куда делось досье на Парвуса.

На границе Швейцарии и Германии немецкие офицеры разъясняют эмигрантам правила проезда в пломбированном вагоне по территории Германии. Им запрещено выходить на станциях. Эмигранты погружаются в вагон.

Вечером Ленин в своем купе работает с Крупской. Арманд организует эмигрантов, те хором исполняют для Старика русскую народную песню.

В Стокгольме встречаются Парвус и Радек. Парвус просит о свидании с Лениным. Радек объясняет, что Ленин теперь не может дискредитировать себя общением с германским агентом. Революцию надо делать только чистыми руками.

Радек говорит соратникам: вы бы видели его лицо! Как у мужа, заставшего жену с любовницей. Ленин: надо поручить «Правде» его отхлестать. Радек: вся ирония в том, что «Правда» сейчас печатается на его деньги. Зиновьев: а еще вы увозите его любовницу. Все смеются. Софья слышит это.

Поезд прибывает в Швецию. Эмигранты пересаживаются в сани и едут на российскую станцию. Софья принимает решение остаться в Швеции.

В 1924 году Парвус просматривает кадры выступления Ленина. Он сокрушается: я – царь Мидас наоборот. Все золото, к которому я прикасаюсь, превращается в дерьмо. А еще у меня ослиные уши. Парвус хватается за сердце. В кабинет входит Григорий: шампанское подавать? Григорий обнаруживает, что Парвус скончался. Слуга вздыхает: эх, хозяин. Это ведь старая газета, его нет уже почти год.

Закадровый текст. После революции Парвус все еще ждал от Ленина приглашения в новую Россию, но о нем забыли. Он считал себя игроком, а оказался разменной фигурой в чужой игре. Парвус умер от сердечного приступа 12 декабря 1924 года. Ленин обыграл всех: победил в революции, стал основателем пролетарского государства, победил в Гражданской войне. В 1922 году на фоне тяжелой болезни стал угасать его блестящий ум. Ленина мучили кошмары. Он умер от атеросклероза 21 января 1924 года.

Финальные титры. Из 32 пассажиров пломбированного вагона 10 были расстреляны или погибли в лагерях.