Документальный фильм посвящен последствиям самого разрушительного урагана в истории США – Катрина. Это стихийное бедствие уничтожило огромный город – Новый Орлеан. Дети, пережившие ужасный катаклизм, рассказывают о том, что с ними происходило в 2005 году, что им пришлось пережить, как удалось адаптироваться к новым условиям существования. Режиссер картины, Эдвард Баклз-младший, тоже может считать себя одним из детей Картины. Во время урагана ему было 10 лет.
Интервью с очевидцами и постановочные сцены перемежаются документальными кадрами и анимационными вставками.
Кадры затопленного Нового Орлеана. Закадровый голос: это было стихийным бедствием, а превратилось в катастрофу. В дамбах, защищавших город, появились трещины. Все, что называлось новым Орлеаном, рискует теперь оказаться под водой.
Люди забираются на крышу окруженного водой дома. Детей поднимают подъемником на борт вертолета.
Любительские съемки семейного торжества. Закадровый голос автора: это я. До урагана я больше всего на свете любил проводить время с семьей. Особенно с двоюродными братьями и сестрами. Я и сейчас помню, как это было в последний раз. Август 2005 года. Лето заканчивается, а это значит, что скоро мы все вместе станем отмечать начало нового учебного года дома у Тины. Мы чаще всего встречались в ее доме, потому что у нее было четверо детей. Все они были моими лучшими друзьями. Я и сейчас вспоминаю этот день: мы играем на улице, веселимся, дурачимся. И мир кажется прекрасным, как никогда. Тина готовила свое фирменное блюдо – рис с мясной подливой. Я до сих пор помню, как он пах. Мы играли на улице безумно долго, пока не зажглись фонари. Мы вернулись в дом, поели, потом собрались в одной комнате, чтобы насладиться общением друг с другом, пока родители не заберут всех нас. Мне и в голову не могло прийти, что тогда мы в последний раз собирались в этом доме все вместе.
После урагана нас раскидало по всей стране. В Америке, особенно если случается бедствие, о черных детях никто не вспоминает. Ураган Катрина не стал исключением. Никто ни разу не спросил нас, как мы справляемся, никто не задал ни одному ребенку вопрос: как у тебя дела? Значит, спрошу я.
Говорят очевидцы. Мне было тогда 11 лет. Я помню топот ног в коридоре о голос мамы: вставай, нам надо бежать! Мама говорит: мы уезжаем. И я тебя об этом не спрашиваю. Мы просто берем и уезжаем, убираемся отсюда к черту, уезжаем все равно куда. Моя мама – она такая, ей иногда бывают видения, она настоящий экстрасенс. И поэтому, когда она сказала, что Бог велел ей уезжать, никто вопросов ей не задавал, все поняли, что надо ехать.
Еще в пятницу я играл с друзьями. А в понедельник я уже сидел на этой долбанной крыше вместе с мамой и бабушкой. Наш дом разрушен. Они постоянно плакали. Я был молодой, по мне это все не так сильно ударило, как по взрослым. Но мне тоже было тяжело, в голове все смешалось.
У меня не было потом никакого шанса поговорить об этом с кем-то, со школьным психологом, например.
Говорит Эдвард Баклз-младший: и тогда я сам стал все об этом расспрашивать. Я толком не знал, что мне делать, но я понимал, что эту историю обязательно надо донести до людей.
Говорит Бетти Баклз. Кто я такая? Я – твоя мама. Что я помню обо всем этом? Тогда целую неделю все только и талдычили про этот ураган. Я надеялась, что нам удастся пересидеть все это. Но потом выступил мэр Нового Орлеана Рэй Нэгин, он сказал, что нужно бежать от этого бедствия. И тогда я сказала твоему отцу: нам надо уезжать. Мы уносим ноги, собирайте вещи. Нам надо обязательно уехать. И все тут же стали собираться. Дети, похоже, не сильно испугались. Они просто не представляли, каким ужасным может быть ураган.
Говорит Эдвард Баклз-младший. Тогда мы собрали одежду и запрыгнули в машину. Нам и раньше доводилось эвакуироваться, но на этот раз в нашем отъезде было что-то сюрреалистичное.
На пресс-конференции мэр сообщает жителям города о том, что ураган надвигается прямо на Новый Орлеан. Проблема очень серьезная. Именно поэтому я решился на столь серьезный шаг.
Документальные кадры от 20 августа 2005 года. Женщина говорит, что не может вот так, сразу, сорваться и куда-то поехать. Ее дочка сообщает, что она плевать хотела на этот ураган.
Говорит Мидсити Эйби. Во время урагана ему было 13 лет. Я думал об ураганах так: их постоянно ждут. Они всегда движутся в сторону Нового Орлеана, но всегда проходят мимо. Мы тогда жили в многоэтажке. Люди даже для встречи урагана ди-джея пригласили. На нас надвигается ураган, давайте потанцуем, повеселимся, а то вдруг что-то случится. Никто не думал, что это все и вправду произойдет, нам казалось, что все будет хорошо. В то воскресенье накануне урагана мы пошли в церковь. И священник спросил моего отца: вы эвакуируетесь? А папа сказал, что мы никуда не уедем. Священник в упор посмотрел папе в глаза. Мы ушли из церкви. Я никогда не забуду, каким растерянным выглядел этот священник. Шум на улице стоял такой, будто начался апокалипсис. Но я все равно не обращал на него внимания. А потом вырубился свет. Я сидел и слышал, как шумит дождь, как воют животные. Через застекленную дверь я мог видеть, что происходит на улице, как по воздуху летят всякие предметы и вывороченные с корнем деревья. И только тогда я понял, что это вовсе не игра.
Говорит Миша, во время урагана ей было 12 лет. Моя бабушка всегда повторяла, что наш район Лафит находится ниже уровня моря, нам нельзя здесь оставаться. Моя бабушка сказала: не забудь одежду, возьми ее обязательно. Мы в тот день играли с братьями на улице. Все, что я ощущала – это то, что дует очень сильный и очень холодный ветер. Наступила ночь, было где-то около 12. Мы с семьей не спали, сидели в одной комнате. Потом вдруг раздался такой громкий звук – бум! Это прорвало дамбу. После этого я заснула. Утром я проснулась оттого, что один из маминых братьев колотил в дверь. Мама открыла ему, и стало видно, что на улице уже начался потоп.
Говорит Сьерра, во время урагана ей было 9 лет. Мы собирали вещи. Я помню это ощущение. На этот раз все будет по-другому. Я помню, как я снимала со стен фотографии и складывала их в сумку. Вы же не станете так поступать, если не воспринимаете угрозу всерьез? Я точно знаю: мы в тот раз думали, что все это ненадолго, что пройдет два – три дня и мы обязательно вернемся.
Архивный выпуск новостей. Заявление национального ураганного центра: возможны большие человеческие жертвы. Город Новый Орлеан должен готовиться к урагану. Скорость ветра уже достигла почти 300 километров в час. За всю историю США только три урагана категории 5 достигли берега. Предположительно, ураган достигнет Нового Орлеана к двум часам ночи. Уже сейчас можно с уверенностью говорить о том, что произойдет прорыв нескольких дамб.
Закадровый голос автора картины. Людей в городе тогда охватила паника, все часами стояли на заправках, страшно ругались. У всех на лицах была написана растерянность.
Документальные кадры. Улицы города заливает дождем, сильный ветер срывает дорожные знаки и вывески.
Закадровый голос Эдварда Баклза-младшего. Когда начался ураган, наша семья была в дороге. Путь, который обычно занимал часа два, занял на этот раз 13 часов из-за безумных пробок. Родители были на грани нервного срыва. Было жарко и темно, как в аду. Я помню, как мы остановились в диком и страшноватом городке где-то в южной Луизиане. Местные устроили на блошином рынке укрытие для тех, кто бежал из Нового Орлеана. Я сильно устал, почти ничего не помню. Мы с другими детьми легли в уголке на полу. Все это время я вспоминал о Тине и ее детях, они остались в Новом Орлеане. Сны у меня в ту ночь были просто безумные. Мы проснулись, а вокруг полно журналистов с местного новостного канала. Притащили телевизор, чтобы мы могли посмотреть новости. Я увидел Новый Орлеан, затопленный водой. Потом я увидел, что магазин в квартале, где жила Тина с детьми и мои братья и сестры, уже скрылся под водой. Я был ребенком, а потому подумал: этот квартал под водой. Значит, мои братья и сестры – тоже. Помню, я спросил какую-то женщину: погодите, раз все это под водой, а что стало с людьми? А она сказала, что все, кто остался в Новом Орлеане, погибли. Я тут же расплакался, зарыдал в голос. Я сразу поверил, что это правда.
Документальные кадры: затопленный Новый Орлеан.
Записи телефонных разговоров. Оператор? Пришлите за мной кого-нибудь, а то я погибну на этом чердаке. Вода уже поднялась до самого чердака. Вы сможете выбраться на крышу в случае необходимости? Мы не сможем этого сделать, тут нет выхода. Я нахожусь с мамой и младшей сестрой. Тут еще есть люди. Нас тут пять человек, мы пробили дыру в кровле и выбрались с чердака на крышу. Над нами летают вертолеты, но не спускаются. Мы сидим на крыльце. Смотрим, как прибывает вода. У нас нет никаких шансов выбраться, а вода все прибывает.
Говорит Эдвард Баклз-младший. У нас в Новом Орлеане есть одна особенность, это семейная сплоченность. У нас в домах так уютно. У нас все очень гостеприимные, всегда пахнет вкусной едой. Я помню, каким теплым и уютным был дом Тины. Вот один из самых моих любимых снимков: вот я, Квентин, Кьяра, Ширли, а сзади стоит моя мама. Этот симок сделан в доме Тины, где она жила еще до Катрины.
Эдвард звонит Тине: как дела?
Я не виделся с Тиной уже сто лет.
Эдвард едет в гости к Тине в город Шривпорт, штат Луизиана.
Всю дорогу я ощущал запах риса с мясной подливой, который готовила Тина.
Говорит Тина. В этом виновата моя депрессия, я так тосковала по своему дому, что совсем запустила волосы. Они стали гораздо гуще, я никому не давала к ним прикоснуться. Я стала жить в этом доме как отшельница. Я сказала: пусть мои волосы выглядят естественным образом. Когда ураган обрушился по-настоящему, мы спали. И вдруг мы почувствовали себя, как в поезде, дом качался. Мы выглянули в окно – кругом была вода. Когда вода хлынула в дом – это было как в кино, нереально. Чья-то собака качалась на волнах возле нашего дома. Ее хозяин погиб. И тогда я сказала: давайте петь. Мы так и поступили, пели церковные гимны, ритм-энд-блюз. И так мы сидели на чердаке и пели, пока весь мир думал, что все в городе погибли. А потом в гостиную заплыла лодка. Ведь весь фасад дома снесло.
Эдвард Баклз-младший рассказывает о том, как власти организовали самое массовое переселение черных в истории Америки, как он оказался в Хьюстоне.
Люди, пережившие ураган, рассказывают о проблемах, с которыми они и их семьи столкнулись после того, как они стали беженцами в собственной стране: стрессы, болезни, конфликты.
Эдвард Баклз-младший рассуждает о том, какое мужество требуется от людей для выживания в экстремальных ситуациях. Он говорит от лица всех детей Катрины: да, мы мужественные, но нам никогда не вернуть того, что мы потеряли.
