Парки и зоны отдыха сериал 2009

Заместитель директора департамента парков и зон отдыха города Пауни Лесли Ноуп подходит к песочнице. Она спрашивает играющую там маленькую девочку: как бы ты описала свое настроение – хорошее, умеренно хорошее, отличное? Девочка молчит. Ладно, остановимся на хорошем. Так и запишем. К Лесли подбегает мальчик: там пьяный уснул в горке. Лесли забирается на горку и требует, чтобы пьяница покинул детскую площадку. Тот не соглашается. Лесли достает метлу и пытается вытолкнуть пьянчугу с горки. Она предлагает ему прижать к бокам руки: так у вас лучше получится. Лесли удается вытолкнуть пьяницу с горки. Собравшиеся на детской площадке люди аплодируют отважной чиновнице. Начальник департамента парков и зон отдыха Рон Суонсон отправляет на встречу с жителями города Лесли и ее коллегу Тома Хаверфорда.

На первой встрече происходит отключение электричества в зале, где собрались люди.

Вторая встреча происходит в здании школы. Лесли просит людей обозначить волнующие их проблемы. Кому-то не нравится громкая музыка на улицах, кого-то раздражают граффити, нецензурная брань прохожих. Один мужчина, который ровно год назад вышел из тюрьмы, сообщает Лесли, что начальник местной полиции – масон девятой степени.

Со своего места поднимается молодая женщина. Меня зовут Энн Перкинс. Меня не интересует политика, но волнует заброшенная стройка на Салливан-стрит. Застройщик вырыл там котлован, хотел построить большое задние, но потом обанкротился. И теперь уже целый год рядом с моим домом находится огромная яма. Мой парень пострадал, он упала в яму и сломал обе ноги. Я содержу моего парня, он музыкант. Хаверфорд говорит: вы рассказываете про своего парня такие вещи – сразу видно, что у него отсутствуют перспективы. А вы такая интересная женщина. Перкинс: вы что, меня клеите? Хаверфорд: нет. Я женат. Но я всегда готов встретиться с человеком, обменяться с ним телефонами, обсудить в спокойной обстановке проблемы. Перкинс: я просто хочу сказать, что яма эта очень опасна. Лесли: я вам помогу. Честное слово, я вам помогу. Мы в ближайшем будущем закопаем яму, а на ее месте разобьем парк.

Лесли: я проработала в департаменте парков и зон отдыха уже шесть лет, у меня имеются кое-какие успехи. Так, мне удалось решить проблемы с кошками и с песочницами. И вот теперь яма. Она станет для меня моей дамбой Гувера. Сегодня женщины активно идут в политику: Хиллари Клинтон, Сара Пейлин, Нэнси Пелоси. И вот теперь – я.

Лесли входит в приемную директора департамента. Там Хаверфорд, он разговаривает по телефону с мэром города, договаривается о встрече с ним на партии в гольф.

Лесли: мы с Томом сработаемся. Ведь мы оба – изгои. Я женщина, а он, кажется, ливиец. С чего мы начнем, Том? Хаверфорд: надо пойти к мэру и попросить у него денег. Лесли: нет, мы поступим по-другому. Надо будет создать специальный комитет. Ведь комитеты – это кровь демократической системы. Запиши это для моих будущих мемуаров. Записал? Прочти. Хаверфорд: комитеты заливают демократию кровью. Лесли: кажется, я сказала как-то лучше. Но и это сойдет. Нам надо будет взять в комитет Марка Бренденавица. Хаверфорд: зачем он нам нужен? Лесли: он градостроитель, у него все в руках спорится, просто горит.

Лесли заходит в кабинет своего коллеги Бренденавица. Ты знаешь про яму? Да, я там уже побывал. Мерзостное зрелище. Ты хочешь там разбить парк? А ты думала о логистике? А вообще тебе это надо? Это вообще возможно? Лучше брось эту идею, у тебя на пути возникнет огромная куча препятствий. Лесли: я с этим делом справлюсь, особенно, если ты мне поможешь.

Лесли: у нас с ним непростые отношения. Между коллегами, тесно сотрудничающими по работе, имеющими много общего, всякое случается. Мы с ним однажды переспали.

Бренденавиц: мы с Лесли? Нет, быть такого не может! Хотя… Лет пять назад… Точно! Было дело!

Перкинс просит своего сожителя Энди Дуайера: милый, надо бы немного прибраться, скоро придет эта дамочка.

Звонок в дверь. На пороге стоят Лесли (на ее голове каска), Хаверфорд и стажер Эйприл Ладгейт (она должна протоколировать мероприятие). А зачем вам каска? Техника безопасности. Гости входят в дом. А вот и наш герой! Мы о вас наслышаны. Как дела? Мы можем вам чем-то помочь? Подайте мне палку-чесалку. Дуайер активно чешет ногу под гипсом.

Перкинс показывает чиновникам яму. Вон там Энди и свалился. Лесли: какой ужас! Мы вон там устроим футбольную площадку, вон там баскетбольную. А там мы будем играть пьесы Шекспира. Перкинс: мне кажется, яма не настолько велика. Лесли: ничего, как-нибудь попробуем.

Лесли: во время посещения объектов надо вести себя, как на передовой. Как Буш в Новом Орлеане, как Никсон в Китае. Лесли пытается спуститься в яму, падает, катится по склону вниз. С ее головы слетает каска. Хаверфорд командует Ладгейт: снимай для сайта, какие классные кадры! Лесли, не шевелись, тебя снимают! Перкинс спускается в яму, она ощупывает Лесли. Та говорит: как хорошо, что на мне была каска! Но ведь она свалилась с головы. Да, когда я ударилась о штырь. Кажется, у меня сломана ключица. Перкинс: нет, с вами полный порядок. Лесли: нет, у меня сломана ключица. И начальство об этом обязательно узнает.

Перкинс провожает Лесли. Она, конечно, маленько дурная, но такая милая!

Лесли приходит в кабинет к своему начальнику, Рону Суонсону. Я познала дно этой ямы во время ознакомительного визита. И мне нужно создать подкомитет.

Суонсон: я не верю в правительство, я считаю, что нужно привлекать частных инвесторов, которые смогли бы извлекать из парка прибыль. А правительство – вообще пустая трата денег.

Лесли снова приходит к Суонсону, просит его организовать подкомитет. Ты мне отдашь эту территорию под парк?

Суонсон: она назойлива, словно собачонка, приносящая хозяину мячик, чтобы он с ней поиграл.

В коридоре департамента Хаверфорд и Ладгейт встречают Бренденавица. Смотри, какие классные фотки с Лесли получились. Вот тут она в задранной юбке, самая классная фотка. Эй, верни мне ее! Ладгейт: ничего. Я еще могу напечатать.

Бренденавиц заходит в кабинет Суонсона: отдай Ноуп участок под парк. С какой стати? За тобой должок.

Перкинс приходит в департамент парков и зон отдыха. Лесли проводит с ней экскурсию. Вот тут интересная роспись, знаменитая битва поселенцев с индейцами. Поскольку к нам часто приводят детей, самые жестокие фрагменты мы прикрыли плакатами. К женщинам подходит Хаверфорд: у нас получилось! Суонсон утвердил подкомитет.

Лесли: мне еще нет 34 лет, а я уже утвердила подкомитет в департаменте. Вот это взлет! Надо организовать по этому поводу пресс-конференцию.

Лесли, Перкинс, Хаверфорд, Ладгейт и Бренденавиц отмечают свой успех в офисе департамента. Они пьют шампанское из одноразовых стаканчиков.

Хаверфорд: иногда мы вот так собираемся, и тогда Ноуп надирается. Как-то мы с ней пытались отправить по факсу рулет. А еще она прямо в кабинете босса целовалась с доставщиком воды. Однажды я уговорил ее изобразить Бэтмена. Причем не Бэтвумен, а именно Бэтмена. Она собиралась спасать человечество.

Лесли говорит Перкинс: я просто обожаю Америку, здесь столько всего интересного, здесь столько горячих парней! Надо просто использовать любые возможности.

Лесли и Перкинс вместе исполняют песню.

Суонсон: я обставил свой кабинет так, чтобы показать свое отношение к нашему правительству. Вот этот обрез принадлежал знаменитому бутлегеру. И когда ко мне приходят посетители, они смотрят прямо в дуло этого обреза.

Лесли участвует в поиске пасхальных яиц, которые прятал Хаверфорд. Но даже она не может найти ни одного яйца, не говоря уже о маленьких детях, принимающих участие в этом развлечении. Хаверфорд явно перестарался. Дети расстроены, Лесли пытается их утешить.

Лесли: я решила проведать маму. Она у меня работает в системе образования, пользуется там большим влиянием. Она сурова, как Сталин. И красива, как Маргарет Тэтчер. Лесли входит в кабинет, где находится ее мать, Мэрилин Ноуп.

Здравствуй, мама. Я вижу, ты занята, так что я пойду. Да, чуть не забыла: я создала подкомитет, ты, наверное, слышала, о нем все сейчас говорят. Мэрилин: нет, я ничего не слышала. Мы тут собрались провести его первое заседание, встретиться на собрании с местными жителями. Ты придешь? Ты же знаешь, как я занята. Да, конечно. Ладно, постараюсь прийти.

Бренденавиц предупреждает Лесли: жители могут проголосовать против и похоронить твой проект. Лесли: чепуха! Можно использовать старый добрый поквартирный и подомовой обход. Это проверенный годами способ агитации. Мы скажем людям: Энди упал в яму, я упала в яму. Сколько еще человек туда должны упасть? Лесли раздает коллегам (Хаверфорду, Бренденавицу и Латгейт) методички для общения с населением. На этой странице – для женщин, на этой – для мужчин. А вот тут – как надо разговаривать с теми, кто голосовал еще за Рейгана.

Лесли разбивает агитаторов на две группы, сама она обходит дома вместе с Перкинс.

Лесли задает вопрос: вы за парк или за яму? За парк. На собрание завтра придете? Нет, мне некогда.

Хаверфорд интересуется мнением молодого мужчины. А там будет площадка для детей? А вашим детям сколько лет? У меня вообще нет детей. Но я против того, чтобы парк был ближе чем в трехстах метрах от моего дома, я сильно устаю от шума. Пожилой мужчина вообще не может определиться, что ему больше по душе, парк или яма.

Лесли уговаривает женщину прийти на собрание. Та говорит: у меня двое детей, двух и четырех лет. Перкинс: может быть, четырехлетний присмотрит за двухлетним?

Перкинс жалуется Лесли на жару и усталость. Тут мой дом недалеко, может быть, прервемся на часок? Лесли: я этого не хотела, но, видимо, придется использовать более жесткие методы. Надо так ставить вопрос, чтобы на него был возможен только нужный нам ответ: вы за парк или за свалку ядерных отходов в двух шагах от вашего дома?

Лесли и Перкинс разговаривают с молодой женщиной (Кейт Спивак). Нет, я против парка, там шумно и пахнет мясом. Лесли: знаете, что именно так нам ответили девять из десяти наркоманов? А откуда вы знаете? Мы проводили опрос среди наркоманов. И вообще: если вы против парка – вы не любите детей. Значит, по -вашему, я не люблю свою дочь? Да, именно так. Во сколько у вас будет собрание? Я непременно приду.

Хаверфорд предлагает Брендовицу и Ладгейт работать дальше без него. Он возвращается в офис и начинает обзванивать подрядчиков, специализирующихся на парковых объектах.

Перкинс: вот бы показать им больничные счета Энди! Лесли: это гениальная идея, пусть Энди станет нашим знаменем, мы станем возить его на коляске, он будет вызывать сочувствие. У тебя сеть униформа медсестры?

Лесли и Перкинс приезжают к дому, откуда несется рев электрогитар. Это Дуайер и Бренденавиц репетируют рок-композицию.

Лесли: я все-таки доведу дело до конца, мне нужен этот парк. И я не могу принять за него яму. Это русские так могут, использовать грязную яму вместо парка: эй, Влад, а не искупаться ли нам в грязи? Эй, Николай, пусть эти камни будут у нас вместо картошки. А мы нация мечтателей. Мне хотелось бы когда-нибудь привести на выходные в этот парк своих коллег по Белому дому, чтобы они посмотрели на него и сказали: вот теперь мы поняли, почему ты стала первой женщиной президентом в истории.

С Лесли беседует Суонсон. Как ситуация? Лесли говорит, что, по ее мнению, собрание жителей требуется отложить дней этак на 90. Суонсон говорит, что это невозможно. Я обсудил проблему с мэром, мы сошлись во мнении: проект надо ускорить. Так что собрание будет проведено завтра. Тебе надо продавить свою идею.

На собрание подходят люди.

Хаверфорд: и кто скажет, что, пригласив сюда этих подрядчиков, я бегу впереди паровоза? Вот я, а вот – паровоз. Хаверфорд знакомит Лесли с одним из подрядчиков: это Виктор Майлз, главный озеленитель Индианы.

В зал входят Перкинс и Дуайер, появляется мать Лесли. Лесли говорит Ладгейт: садись в зал, если будут задавать резкие вопросы – я дам тебе слово, ты поддержишь проект.

Мать смотрит на Лесли из зала: я люблю свою дочь и хочу, чтобы она добилась успеха, я всегда ей говорила, что быть матерью и женой не зазорно.

Лесли обращается к публике: в этом городе есть люди, поддерживающие идею создания парка на месте ямы. Но они не смогли сегодня прийти. Однако я их не придумала.

Слово берет Кейт Спивак. Я против создания парка, как можно давать на это разрешение при отсутствии необходимой экологической экспертизы? Лесли говорит, что на все вопросы сейчас ответит Марк Бренденавиц: он градостроитель, знает буквально все. Бренденавиц рассказывает публике о том, что собой представляет территория, на которой предполагается разбить парк.

В зале поднимается со своего места мужчина (Лоренц): я хочу задать вопрос Энди Дуайеру. Лесли: да, Энди упал в яму и сломал ноги. Лоренц: мне на это ровным счетом наплевать. Он ночи напролет играет в своем гараже. Музыка будит моих птиц, мешает им спать. А птицы очень дорогие.

Дуайер: он, похоже, живет со своей бабулей и заботится о ней, но все равно он – придурок.

Дуайер обращается к публике. Я музыкант, у меня есть своя рок-группа. И мы как раз сейчас ищем басиста. Желающие здесь есть?

В перерыве собрания к Лесли подходит Суонсон: все очень плохо, тебя буквально раздавили. Ты должна их покорить, очаровать. Расскажи им что-нибудь позитивное, но только я тебя очень прошу: любой ценой избегай голосования.

Суонсон: мне не нравится все, что сегодня происходит. Нас засыпали федеральными деньгами, и теперь мэр настаивает на том, чтобы мы повсюду разбивали парки и зоны отдыха.

Хаверфорд говорит Лесли: эта Кейт Спивак меня так заводит!

Люси снова обращается к публике: а теперь немного об истории нашего города. Пауни был основан в 1817 году, когда молодой пастор приехал сюда верхом на быке. Он установил здесь флаг. Но когда злобные индейцы обнаружили, что к ним приехал человек с белым цветом кожи, они избили пастора до смерти. Теперь переходим к 1969 году. Человек высадился на Луне, а Пауни наводнили хиппи.

Лесли: я тяну время. Пока болтаешь – тебя не тронут.

Лесли продолжает вещать: в будущем жители нашего города станут сверять время по космическим часам, а общаться между собой станут не при помощи слов, а перемигиваясь. А теперь я бы хотела прочитать вам несколько страниц из этой замечательной детской книги про мальчика Мило.

Кейт Спивак кричит с места: хватит уже! Это городское собрание, почему мы должны слушать вашу болтовню? Лесли: вам уже давали слово. Пусть выскажутся другие. Вон та брюнетка! К микрофону выходит Ладгейт. Я хочу сказать от имени всех молодых жителей нашего города, что нам нужен парк. Лоренц: я ее вчера видел, она ходила по домам, агитировала! Они подсадили тут своих людей. Давайте голосовать! Лесли: хорошо, но только пусть сначала каждый выйдет к микрофону и выскажется.

Публика рвется к микрофону, каждый высказывает свои мысли. Когда очередь желающих иссякает, Лесли говорит, что время уже вышло, девять часов, пора по домам. А проголосовать мы как-нибудь сможем в другой раз. Спасибо, что пришли!

Лесли: было очень тяжко. Но ведь это и есть демократия. От первого заседания нашего подкомитета я в полном восторге. К Лесли обращается Лоренц: эй, садовница! Ты – дерьмо! Лесли: слыхали? Он меня садовницей назвал.

Хаверфорд: вообще-то я редко соглашаюсь с Лесли, но эта книжка про мальчика Мило – на самом деле высший класс.