День матери (фильм 2016)

Фотограф Ригби Грей снимает концерт рок-группы и ее солиста Куинна Нельсона.

Ригби мысленно обращается к своей матери (Лидия). Мама, ты помнишь тот момент, когда стала собой? В последнее время я много об этом думаю, о моменте, который навсегда определяет то, как мы смотрим на мир. Свой такой момент я прекрасно помню. Я была с тобой.

Флешбэк. Вечером на улице маленькая Ригби показывает на освещенные окна дома: мама, что это такое? Лидия: это живые кадры. Вон там дедушка читает своему внуку на ночь сказку. А чуть выше ставят рождественскую елку.

Закадровый голос Ригби: световые коробы, окна в чужую жизнь. Каждый кадр может рассказать историю.

Джорджина Скотт делает себе макияж, она волнуется: не знаю, подходящие ли цвета я выбираю. Ее любимый мужчина Себастьен – супермодель, лицо известного бренда. Он говорит, что что Джорджина может воспользоваться его косметикой: мне вчера новый набор привезли. Секрет успеха всей моей карьеры в этой маленькой коробочке.

Ребекке утром звонит Бет, Ребекка сбрасывает вызов.

Ригби возвращается домой, она встречает соседского мальчика (Джейк), он сообщает, что им привезли рождественскую елку: а у вас елка уже стоит? Ригби: зачем елка девушке, которая живет одна?

Джорджина спрашивает Себастьена: для видео стоит делать более яркий макияж? Себастьен: не переживай, это же «Фейс Тайм». Почти все время ты будешь застывшей картинкой, как эмодзи. И почему они не выслали съемочную группу, как ко мне? Джорджина: у меня идея. Ты выступишь вместо меня. Ты же любишь мои лифчики? Люблю. Вот и скажешь, как сильно ты их любишь. Девушки захотят, чтобы ты полюбил и их лифчики. Это идеальный расклад. Себастьен отшучивается: одна загвоздка – я могу рассказать, только как их снимать. Он целует Джорджину: ты выглядишь прекрасно.

Ригби фотографирует Джейка и его отца Симуса на фоне рождественского венка.

Ведущие дневного шоу выходят на связь с Джорджиной. Она – дизайнер женского белья, ее новая коллекция произвела фурор на Неделе моды в Нью-Йорке. Джорджина рассказывает о том, какие уникальные материалы она использовала, говорит, что хочет, чтобы каждая женщина могла носить ее белье и получать от этого удовольствие.

После похорон матери (Элис) Бет оставляет голосовое сообщение Ребекке: служба закончилась, мы уже дома. Все спрашивают, где ты. Приходи. Я знаю, ты расстроена, но мы с тобой не договорили. Мне надо объясниться. Давай все обсудим.

С Джорджиной связывается одна из самых влиятельных фигур в фэшн-индустрии – Нина: «Кутюр» хочет написать статью о вашей весенней линейке в нашем майском номере. Тема – «Июньские невесты». Джорджина: потрясающе! Я польщена. Нина: наша команда тоже этому рада. Кстати, здесь ваша поклонница, которая хочет познакомиться. Нина разворачивает ноутбук к своей дочери Лейле. Та говорит: мисс Скотт, я была на вашем показе на Неделе моды. Это было умопомрачительно. Джорджина говорит, что лицо Лейлы кажется ей знакомой. Та сообщает, что они живут на одной улице: как же тесен мир, правда? Разговор возобновляет Нина: пришлите мне наброски, как только сможете. Мы сделаем все, чтобы получился шикарный разворот.

Бет наговаривает голосовое сообщение: Бекка, пожалуйста. Завтра будут зачитывать завещание, дай знать, что у тебя все хорошо. Перезвони. Люблю тебя.

Кевин возвращается из магазина. Его жена Гейл видит, как он ставит в кухонный шкаф несколько бутылок трюфельного Кевин говорит, что это нужно для его новых рецептов. Гейла: господи, зачем нам новые рецепты? Ты загонишь себя в банкротство, и тебе придется переехать жить, например, к твоей бабушке в Ньюарк. Кевин: я уверен, нам скоро перезвонят по поводу кредита, и мы сможем обосноваться в том уютном гнездышке. Гейла: но это же неправда! Ты – натурал, который хочет продавать пироженки в Нижнем Манхэттене. Это не то, про что говорят – сорвал джек-пот. Мы проели почти все сбережения, а ты новые рецепты придумываешь! При этом я – тот человек, который зарабатывает для нас деньги, пока ты изучаешь все запахи, все вкусы в своем воображаемом мирке. Скажу честно, не совсем такого я ожидала, когда сбежала из родительского дома, чтобы быть с тобой.

Куинн приходит на фотосессию к Ригби. Та сделала декорацию из виниловых пластинок: я вдохновилась интервью, в котором ты сказал, что тебе ближе Золотая эпоха рока – пластинки 60-х и 70-х, что аналог лучше, чем цифра.

Лейла разговаривает в видеочате со своей подругой Тришей. Та курит косяк. Лейла: от травы развивается рак. Ты знаешь об этом? Триша невесело шутит: как раз это меня больше всего беспокоило. Уж прости, что ты видишь, как я скатываюсь до наркоманки. На сайте Куинна твоя фотка с концерта. Зацени, здорово смотрится. Лейла: прошу тебя, не выкладывай это на фейсбук, а то столько от мамы наслушаюсь. Триша: поздно. Да и твои предки наверняка тебе камер в квартиру напихали. Она точно психанет, когда узнает, где ты работаешь.

Звонит Нина. Лейла оправдывается перед матерью: да, это я. На работе билеты дали. Триша советует подруге сбросить звонок. Лейла говорит: это не парень, мама, а моя бывшая соседка Триша Уильямс. Помнишь? Мы в «Фейс Тайме». Да, у нее личные проблемы, и я решила помочь ей советом. Нина выясняет, где училась Триша. Лейла говорит, что Лига Плюща не всем по карману. Потом она сообщает, что ей пора на работу. Нина: но ведь биржа уже закрыта. Лейла: это доставка одному из партнеров – работа для новичков.

Бет готовит ужин. Приходит ее муж Питер: тебе Ребекка ответила? Нет. Пора мне ей самому позвонить, это ведь не только тебя касается. Бет: она и с тобой говорить не станет. Бет обращается к их с Питером сыну: Тони, как насчет оставить тетушке Бекки сообщение? Тони: она мне не тетя. А вы оба – лжецы. Вы врали ей и врете мне. Поверить не могу, что вы такие слабаки. Питер: ты понятия не имеешь, о чем говоришь. Тони: это потому, что вы никогда ни о чем мне не рассказываете. Тони встает из-за стола и уходит.

Агент (Билл) сообщает Ригби: то, что ты сотворила на фотосессии – просто магия. Куинн хочет тебя нанять. В том числе, и для рекламной кампании. Ригби в восторге. Билл: не хочу портить тебе настроение, но мы с Макс пытаемся наладить отношения. Ради сына. Ригби: у тебя есть сын? А я думала, ты свою бывшую ненавидишь. Билл: я ненавидел тот факт, что мне пришлось на ней жениться. Но теперь ребенок родился, и мне нужно быть хорошим отцом. Прости меня. Ригби: по правде говоря, я сама хотела тебя бросить. А ты пришел с хорошими новостями, теперь мне даже злиться на тебя не хочется. Билл прощается и уходит. Ригби плачет.

Питер шлет Ребекке сообщения, уговаривает ее позвонить ему. Та в конце концов набирает его номер. Она говорит: я не знаю, что мне чувствовать по поводу всего этого. Питер: обиду, злость, горечь. Бет ничего не знает про этот звонок. Ребекка: не надо ее оправдывать. У нее было целых тридцать три года! Но она ждала до похорон моей мамы, чтобы сказать мне, что женщина, по которой я скорблю, не моя мама, а моя бабушка, и что она мне не сестра, а моя мама. И как мне теперь ко всему этому относиться? Питер: понимаю, такое трудно принять. Но я в этом тоже давно замешан. Помнишь, когда я вернулся с войны, я начал встречаться с Бет? Ребекка: знаю, вы познакомились на балу ветеранов иностранных войн. Питер: да, мы встретились на балу. Но это был школьный бал. Мне было 17, а Бет – 15. И твоя бабушка запретила мне видеться с Бет. Когда Бет забеременела, она винила меня. А после этого я пошел в армию. Я никогда не хотел бросать ни Бет, ни тебя. Я убегал не от вас. Ребекка плачет: ты серьезно? Что ты этим хочешь сказать? Питер: ты и моя дочь тоже. Ребекка: да как вам обоим не стыдно! Зачем? Питер: потому что только на таких условиях Элис позволила бы нам хоть как-то присутствовать в твоей жизни. Я пропустил первые десять лет твоей жизни. И как только я уволился в запас, я сразу примчался домой, женился на Бет, чтобы мы оба могли быть рядом с тобой. Ребекка: как вы могли так поступить? А вы подумали о Тони? Бедный мальчик. Питер: мне очень жаль. Но и для нас это было не меньшей пыткой. Ребекка: у меня чувство, будто земля из-под ног уходит. Я не хочу больше говорить с тобой. Не звони мне! И передай Бет, чтобы не звонила.

Утром Ребекка фотографирует спящего у нее на диване в гостиной Тони, отправляет снимок Питеру. Тот показывает его жене: он ушел к Бекки. Она злится на тебя, им сейчас лучше побыть вместе, она переживает за Тони. Ты ей звонил? Да, мы вчера разговаривали, я должен был ей все рассказать.

Ригби с сильным насморком приходит на прием к терапевту (доктор Хэмилтон). Тот говорит: у вас жар, и легкие немного воспалены. А стрептококка нет. Похоже, что грипп. Доктор смотрит в карту: вам на следующей неделе исполняется 37. У вас дети есть? Ригби: нет. Я слишком много путешествую, а когда дома – все время в работе. У меня даже собаки нет. Доктор Хэмилтон: вам лучше найти нового врача. Я – не акушер-гинеколог, вы беременны. Ригби: не может быть! Мы всегда использовали презервативы. Доктор Хэмилтон: это эффективно на 97 процентов. Добро пожаловать в оставшиеся три процента. Ригби: и сколько мне осталось? Доктор смеется: господи, это же не смертный приговор. Ригби: это пожизненный приговор. Доктор Хэмилтон: понимаю, у вас сильный стресс. Я выпишу вам противовирусное и дам визитку отличного акушера. Удачи!

Ребекка говорит Тони: это был глупый поступок, Бет сейчас с ума сходит. Тони: ну да. Я просто не могу там. Дети должны врать своим родителям, а не наоборот. В квартиру Ребекки приходит Бет, она говорит: я хотела тебе рассказать каждый божий день, но я не могла. Ты многого не знаешь о наших родителях. Ребекка: конечно, ведь моя жизнь оказалась построенной на лжи. Тони: на два помножь. Бет: мы любим вас обоих, и это – не ложь. Я была слишком слаба, чтобы перечить, но она была моей матерью. Мне было 15, мне было страшно. Ребекка: мне сейчас не до этого. У меня через два дня суд, к которому я еще не готовилась. Бет: ладно. Я буду дома. Идем, Тони. Но согласись, Бекка, это еще не трагедия. Я в первый раз за тридцать лет смогла свободно вздохнуть.

Себастьен спрашивает Джорджину: если бы ты забеременела, ты согласилась бы на аборт? Джорджина: почему ты об этом спрашиваешь? Себастьен: я виделся сегодня с Ригби. Она просила держать это в тайне. Она беременна. Джорджина: а я и не знала, что она с кем-то встречается. Себастьен: встречалась, но теперь – уже нет. Может, поэтому она думала, оставить ли ей ребенка. Джорджина: мне недавно пришло письмо. Я не знала, как мне тебе об этом рассказать. Вот оно.

Себастьен читает е-мейл. Дорогая NM45729. Я отправила запрос на копию семейной медицинской истории в совет штата по вопросам опеки. Мне сказали, у них мало данных, но они, в случае чего, передадут сообщение. Если вы это читаете, то вы – моя биологическая мать. Пока не буду пытаться выяснить вашу личность и раскрывать свою. Но я хочу знать, есть ли у меня какие-то наследственные болезни. Сведений о моем отце у них нет. Не переживайте, у меня прекрасные родители и счастливая жизнь. Заранее спасибо. NC45729.

Джорджина плачет: мне хочется думать, что все это было не со мной. Себастьен: это твоя личная жизнь до знакомства со мной, ты не обязана рассказывать. Но я люблю тебя, если ты хочешь рассказать – я выслушаю. Джорджина: 23 года назад я влюбилась в одного парня, он был музыкантом и убедил меня поехать с ним в тур в качестве его девушки. Мы были в дороге несколько месяцев. Я не была готова к такому образу жизни. Там было много наркотиков, странные вечеринки. Для меня это было слишком, я вернулась домой. А потом я поняла, что беременна. И я ни за что не смогла бы выяснить, кто был отцом ребенка. Я была не в состоянии даже о себе позаботиться, и мне некому было помочь. Я решила, что так будет лучше – отдать ее. Себастьен: ты сожалела об этом? Джорджина: каждый день. Но что мне ей сказать? Привет, я твоя мама? Я была той еще шалавой и даже не знаю, кто твой отец. Себастьен: тебе не нужно спешить. Дай ей информацию, которую она просит. Если вам нужно встретиться, то вы решите это вместе. Все будет хорошо.

Кевин сообщает жене, что ему отказано в кредите. Гейл: милый, мне так жаль. Кевин: да пустяки. Я тут кое о чем размышлял. После того, как моя мама умерла, не прошло и дня, чтобы я не думал, каково было бы делиться с ней каждым моментом жизни – и хорошим, и плохим. Мне кажется, будто я – причина, по которой ты не общаешься со своими родителями. А, не дай бог, с ними что-то случится? Они волновались за будущее своей дочери, это нормально. Они любят тебя. Подумай об этом.

Лейла беседует с Тришей. Та говорит, что неважно себя чувствует. Знаешь, я хочу узнать, каково это – быть любимой мужчиной. Чтобы он любим меня, а не мой образ, и не самоутверждался за счет меня. А что, если у меня такого уже не будет? Лейла: у некоторых людей такого даже за всю жизнь не случается. Я тоже этого боюсь. Триша: ты – последняя, кто меня по-настоящему любил. Так сказала моя мама, когда приезжала ко мне в кампус. Она говорила, что мы с тобой – будто сестры. Лейла: помнишь, я тебе рассказывала о месте в Чайна-тауне? Туда привезут новые ткани из Гонконга. Я подумала потратить часть своих чаевых и купить парчи и буке. Триша: только ты можешь так радоваться простым тканям. Лейла смеется: я хотела тебе кое-что сшить, но раз уж ты говоришь мне гадости – обойдешься.

Ригби приходит в гастрольный автобус Квинна. Тот восхищается фотографиями Ригби, предлагает поехать с ним в тур на полгода.

Тони приходит к Ребекке: мама передала письмо для тебя, тут почерк бабушки. Ребекка: тут и твое имя, ты и читай. Тони вскрывает конверт, читает. Моя любимая Бекки. Ты, без сомнения, уже знаешь правду и не держишь зла на меня, на Бет и Питера за то, что мы скрыли правду о твоем рождении. Ты уже взрослая женщина с блестящим умом и добрым сердцем. Прошу, загляни внутрь себя и задайся вопросом: что нам стоило сделать – девочке, не готовой стать матерью, и женщине, которая все еще ею была? Решение не идеальное, но я знала, как правильно тебя воспитать, чтобы ты выросла женщиной, которая поймет, что вся ее жизнь была наполнена любовью, а не ярлыками. Мне нравилось быть твоей мамой, бабушкой и подругой. А теперь – моему Тони. Ты уже должен был понять, как тебе повезло иметь сестру. Надеюсь, ты будешь ей ближе, чем кто-либо еще, потому что вы нужны друг другу. Вы оба должны простить Бет и Питера, они несли этот тяжкий груз долгие годы. Только у вас есть силы снять этот груз с их плеч. Освободите их, мои любимые, и сами станете свободными.

К письму приложено извещение нотариуса, в котором сообщается, что Элис оставила внукам в наследство больше двух миллионов долларов.

Ригби приходит на прием к акушеру-гинекологу – доктору Конраду. Ригби подтверждает, что хочет прервать беременность: я – фотограф, в основном снимаю музыкантов. График у меня просто бешеный, я должна поехать в большой тур, это никак нельзя совместить с беременностью и материнством. Мужикам так легко, они думают, что у них на это вечность. Но я прекрасно знаю, что после сорока у них тоже возникают проблемы. У детей будет склонность к шизофрении и предрасположенность к суициду. Но никто почему-то не говорит им: остепенись, найди хорошую девушку. Нет! Хватай первую попавшуюся и чпокай ее. Доктор Конрад: ближайшая дата, на которую я могу вам назначить процедуру – после Нового года.

Джорджина пишет письмо своей биологической дочери. Я очень рада узнать, что ты счастлива и здорова. Так я понимаю, что решение, которое я приняла, не было ошибкой. Пускай это и не самый лучший выбор. Разумеется, тебе следует знать медицинскую историю всей семьи. Я прикрепила файл, в котором собрала всю информацию, которую смогла найти. Однако, мне очень жаль это говорить, но я не могу с абсолютной уверенностью сказать, кто является твоим отцом. В юности я плохо разбиралась в жизни, мне не хватало самоуважения. Но сейчас у меня все хорошо, я нашла настоящую любовь и добилась уважения. Какой бы глупой я раньше не была, я понимала, что не смогу дать тебе то, что ты заслуживаешь. Теперь я знаю, что ты счастлива, у тебя прекрасная семья. Да будут любовь и мир твоими спутниками каждый день. Счастливого Рождества.

Джейк приносит Ригби еловые веточки. Потом мальчик говорит соседке: я перестал верить в Санту, когда он не вернул маму из больницы. За сыном приходит Симус, он поздравляет Ригби с Рождеством.

Нина звонит Лейле. Ей стало известно, что дочь отказалась от стажировки в компании, куда Нине с таким трудом удалось ее пристроить. Нина считает, что в этом виновата Триша: она явно употребляет наркотики. Лейла: да, она курит по два косяка в день, чтобы запихнуть в себя хотя бы кусочек еды. Потому что ее рвет от химиотерапии, у Триши лейкемия.

Гейл звонит матери (Милли), с которой она не общалась два года, говорит, что деньги, которые она просит у родителей, это инвестиции в кондитерский бизнес Кевина: мы вернем вам все до последнего цента. Почти сразу Гейл переходит на повышенные тона: но ты сделаешь это только для того, чтобы снова заполучить контроль надо мной! Милли уверяет дочь, что та несправедлива к ней, говорит о том, как она сильно любит Гейл. Потом Милли интересуется: а печь авторское пирожное – это именно то, чем ты действительно хочешь заниматься? Гейл: конечно, нет. Я вообще-то хочу вернуться в университет, хочу преподавать историю искусства. Но тут проблема будет в уходе за новорожденным. Милли ужасно рада, что скоро станет бабушкой. Она почему-то уверена, что у Гейл и Кевина родится девочка.

Ригби случайно встречает в кафе доктора Конрада. Ригби извиняется за свою тираду в адрес мужчин: я начинаю нести ужасный бред, когда нервничаю. После ужина они продолжают беседу, прогуливаясь по улице. Ригби интересуется: а ваша жена не возражает, что вы постоянно работаете с другими женщинами? Доктор Конрад говорит, что на работе он думает о женском теле только с точки зрения медицины. Ригби: если бы у меня был муж, я бы не хотела, чтобы он принимал у меня роды. Я бы предпочла сохранить хоть какую-то тайну.

Ригби снимает тусовку в ночном клубе. Она видит мертвецки пьяную девицу. Квинн уводит ее к себе в автобус, намеревается заняться с ней сексом. Ригби идет следом, кричит на Квинна: ты что творишь, козлина? Она же еле живая, а ну слезь с нее!

На следующий день Квинн созванивается с матерью, которая, очевидно, прошла курс лечения от алкоголизма. Квинн просит прощения за то, что давно не навещал ее: в этом туре все немного вышло из-под контроля, я чуть не совершил ужасный поступок. Теперь мне нужна помощь. Не хочешь пожить со мной какое-то время?

Ригби приходит на процедуру медикаментозного прерывания беременности. Она говорит доктору Конраду, что ее пугает перспектива состариться в одиночестве. Ригби плачет: я не помогаю своей матери, потому что слишком боюсь взглянуть ей в лицо и понять, что она меня не узнает. Я плачу другим людям, чтобы они ухаживали за ней. Мне больно видеть, как моя прекрасная мама теряет рассудок. Я не умею ни о ком заботиться, но ведь люди как-то делают это. Я хочу оставить ребенка.

На протяжении следующих месяцев доктор Конрад наблюдает за тем, как протекает беременность Ригби.

Кевин экспериментирует, придумывая оригинальные рецепты пирожных. Гейл помогает мужу.

Лейла работает над созданием собственной коллекции одежды. Она не хочет обращаться за помощью к матери, чтобы доказать, что способна на что-то сама. Сшив платье для Триши, Лейла приходит навестить ее в больницу и узнает, что та умерла.

Гейл, Кевин и его братья начинают торговать пирожными. На стене в их фургончике висит под стеклом чек на 32 тысячи долларов от Милли. К рамке прикреплен молоток и сделана надпись: разбить в случае непредвиденных обстоятельств.

Джорджина приходит на встречу со своей биологической дочерью. Ею оказывается Лейла, для нее это тоже становится неожиданностью.

Наступает День матери.

Лейла приходит в офис к Нине. Та уже знает о том, что дочь занялась дизайном одежды, ее эскизы Нине перед смертью прислала Триша. Нине модели нравятся. Лейла рассказывает о том, почему она решила встретиться со своей биологической матерью. К этому ее подтолкнула болезнь и смерть подруги. Нина и Лейла говорят по душам, признаются друг другу в любви.

Ребекка, Питер и Тони устраивают сюрприз для Бет: они накрывают праздничный стол, поздравляют ее с Днем матери. Но Ребекка говорит, что предпочла бы по-прежнему называть ее по имени. Бет не возражает. Они мирятся.

Ригби заканчивает ремонт в своей фотостудии. У нее начинаются схватки, скорая доставляет ее больницу. К ней в палату приходит доктор Конрад. Он просит называть его Эндрю и признается: я никогда не был женат, у меня нет детей, а кольцо я ношу только для того, чтобы держать своих пациенток на расстоянии. Но с тобой у меня это не вышло. Поэтому я не могу принять у тебя роды. Ведь тебе же нужно сохранить хоть что-то в тайне. Эндрю целует Ригби, а потом перепоручает ее доктору Джилл Барнад.

Шесть месяцев спустя. Эндрю и Ригби приносят в пансионат, где находится Лидия, ее внучку. Малышку назвали в честь бабушки. Ригби обнимает мать: я так люблю тебя и хочу перед тобой извиниться.

Ригби листает альбом со снимками, на которых запечатлены герои фильма. Звучит ее закадровый голос. Я родила дочь, мама. Мне было так страшно, но теперь, глядя на жизнь и истории других людей, я знаю, что все будет хорошо. Матери бывают абсолютно разными, у кого-то их бывает даже несколько. Некоторые остаются с тобой лишь на миг, а некоторые – на целую жизнь. Ее имя такое же, как у тебя. Так что, когда моим именем станет слово «мама», твое снова сможет вернуться в мою жизнь. Каждый раз, когда я буду звать ее – Лидия. Я надеюсь, что твоей последней мыслью прежде, чем твой разум затуманился, было то, что я буду помнить о тебе все.