Шиттс Крик сериал 2015

В роскошный особняк семейства Роуз заявляются представители налоговой службы и судебные приставы. Начинается конфискация абсолютно всего имущества. Хозяйка – Мойра, стареющая актриса мыльных опер и жена теперь уже бывшего миллиардера Джонни Роуза – истошно вопит: меня грабят! Джон, все, что нажито непосильным трудом, все погибло! Джонни: а представь, каково мне, Мойра. Я раньше был членом семьи. Доверь деньги мне, доверь деньги мне… Твою ж дивизию! Дочь Мойры и Джонни, светская львица Алексис, тараторит, разговаривая по телефону: детка, это дурдом. Они просто забирают наши вещи. Вещи, говорю, забирают. Хоть на минутку выйди из клуба. Повиси-ка… Алексис говорит одному из приставов: эти сумочки нельзя забирать, мне их мой парень купил, так что формально они его. Брат Алексы, хипстер Дэвид, упрекает приставов: не представляю, как можно рушить чужие жизни, да еще и зарплату за это получать. Куда вы это тащите?

Мойра пакует и складывает в сумки свои многочисленные парики, причитает: душу из меня вынули, не откупиться. Никто уже не поможет. Джонни: у нас пятнадцать минут на сборы! Мойра рыдает, говорит горничной: нет, Робин и Кристин (персонажи, которых она играла) вместе складывать нельзя.

Собрав все семейство вместе, юрист сообщает: Илайя обобрал вас до нитки, Джонни. Полностью обчистил. Его еще ищут, он, видимо, на Каймановых островах. Джонни: он же был нашим управляющим, он должен был платить налоги. Юрист: хм, денег на вашем счете совсем мало, и государство позволило вам оставить один актив. Мойра: детей? Юрист: дети – иждивенцы, Мойра. Джонни, в 91-ом ты купил небольшой городишко. Джонни: да, купил для сына, по приколу. Дэвид: ты что, реально купил тот город? Джонни: ну, конечно, реально. Как бы ты еще получил кучу? Алексис: мог бы ее и в фотошопе подделать. Дэвид: денег бы сэкономил уйму. Джонни: с чего бы мне фотошопить кучу? Это был прикол. Дэвид: господи… Юрист: в защиту Джонни – этот город может быть вашим единственным спасением на какое-то время. Можете жить там почти даром, пока не встанете на ноги. Мойра: наверняка есть пентхаус, куда мы можем переехать. Должны же быть еще варианты. Юрист: ну, как вариант – можете жить на улице.

Роузы приезжают в захолустный городишко Шиттс Крик на рейсовом автобусе. Он останавливается возле здешнего мотеля. Дэвид и Джонни самостоятельно выгружают из багажного отделения чемоданы. Алексис жалуется по телефону: все это время я была окружена старухами в фуражках, от которых пахло бататом. Да негде было лечь! Кроватей не было, кухни тоже не было. Да, я знаю. Ну, что еще рассказать? Тут… полно коров, они повсюду. Возможно, тут и вокзала-то нет. Происходит черт-те что.

За Роузами некоторое время внимательно наблюдает неопрятного вида мужчина, который стоит возле обшарпанного пикапа. Затем он подходит к главе семейства: Джонни Роуз? Я – Роланд Шитт. Джонни: так это вы мэр, у нас с вами встреча? Роланд: именно. Я – мэр. Хотите полизоблюдствовать – это ко мне. Ну что, пошли заселяться, Джонни. Берите сумки, идите за мной. Мойра: дети, следите за сумками, в этом аду носильщиков нет.

Девушка на ресепшн (Стиви Бадд) говорит Джонни: брони на фамилию Роуз нет. Роланд: все в порядке, Стиви, я забивал для них две комнаты. Стиви: но тут ничего нет. Роланд: тогда просто засели их в две комнаты, эти люди владеют городом, они большие шишки. Мойра: нам нужно минимум три комнаты. Роланд: ого, так нельзя, дорогуша. Послушайте, у нас тут однокомнатная политика. Я от себя подкидываю вторую, ради приличия. Джонни: а если люкс? У вас есть пара люксов? Роланд: во дает! Стиви: нет, это же мотель. У нас обычно останавливаются дальнобойщики и бухие подростки. Мойра: пожалуйста, дайте мне кто-нибудь ключ от комнаты, номера – чего угодно. Мне нужно мыло душистое и веревка пушистая. Прошу вас!

Роланд приводит Роузов в первую из отведенных им комнат. Джонни: воняет, как в раздевалке. Мойра: только у меня кружится голова? Роланд усаживается на кровать: господи, сразу вспоминаются школьные деньки. Знаете, я ведь зажигал почти в каждом номере этого местечка. Если бы сюда приехала команда судмедэкспертов с этими их лампами, это место бы просто сияло. Джонни с трудом подавляет рвотные позывы. Дэвид причитает: господи, господи... Алексис: фу, фу, фу… Роланд швыряет Дэвиду и Алексис еще один комплект ключей: другая комната там. Брат с сестрой уходят.

Мойра: итак, кровать. Пожалуй, стоит снять покрывало и сжечь его. Джонни: хорошо, Роланд, спасибо вам большое за все… Роланд уходить не спешит. Он включает телевизор, начинает настраивать каналы.

Алексис продолжает висеть на телефоне. Дэвид с брезгливой гримасой обследует номер. На столе лежит огрызок яблока. В ванной висит только одно маленькое полотенце. Дэвид отдергивает шторку над ванной, приходит в ужас.

Роланд: ладно, вроде все каналы есть. Только почему-то без 19-го. Не знаю, в чем дело. Джонни: на самом деле мы едва ли будем много смотреть телевизор. Но еще раз спасибо. Не хотим вас задерживать, наверняка у вас дел по горло.

Дэвид идет на ресепшн. Стиви: вам помочь? Дэвид: мне нужно еще одно полотенце. Стиви: хорошо. Дэвид: может, это глупый вопрос, учитывая состояние ковров в номере, но есть ли у вас здесь бизнес-комната? Стиви на полном серьезе заявляет: да, у нас есть бизнес-комната. Она прямо через дверь по левую руку, справа за хамамом и СПА. Может, записать вас на процедуры? Дэвид: нет, спасибо, только полотенце.

Роланд, развалившись на кровати, увлеченно смотрит старый вестерн по телевизору. Джонни: еще раз спасибо, что вы все нам тут показали, но нам нужно разбирать вещи. Роланд: какие проблемы, Джонни. Всегда рад помочь. Слушай, еще один момент. Можно сходить у вас в туалет? Мойра: это настолько необходимо? Роланд: о, да! Пожалуй, это настолько необходимо. Собачка уже высунула носик, если вы понимаете, о чем я. Роланд посмеиваясь направляется в туалет и запирается там.

Дэвид говорит сестре, что ему нужна та кровать, на которой она уже разложила свои чемоданы. Алексис: зачем? Дэвид: если среди ночи сюда ворвутся убийцы, они сначала нападут на кровать, которая ближе к двери. Поэтому мне нужна другая. Алексис: то есть, ты хочешь, чтобы меня убили первой у тебя на глазах? И что ты потом будешь делать? Убежишь и оставишь меня истекать кровью? Дэвид: ну, типа того. Алексис: ладно, уеду – и займешь. Дэвид: а ты куда? Алексис: Ставрос прилетит за мной. Дэвид: в смысле? Когда прилетит? Алексис: как только эта дура Мэри Кей даст ему самолет. Дэвид: так. И куда мы? Алексис: ну, на данный момент он прилетит только за мной. Но когда-нибудь потом мы и за вами вернемся. Дэвид возмущается: каким надо быть социопатом, чтобы бросить свою семью на какой-то пропитанной блевотиной помойке, чтобы таскаться по миру со своим тупым парнем, наследником-неудачником, которого ты и знаешь-то три месяца? Алексис: в следующем месяце будет четыре. И еще он сказал, что в принципе подумывает о том, чтобы признаться мне в любви как-нибудь на днях. Дэвид: ничего глупее в жизни не слышал. Расскажу маме. Алексис: нет! Я жду удобного момента, понимаешь? Иначе отец разревется, а мама опять выкинет этот свой фортель, когда типа все в порядке, а потом не разговаривает со мной полгода. Я не хочу так. Дэвид: знаешь, мне необходима эта кровать. Очень. Алексис упрямится: пусть хоть раз тебя убьют первым. Брат с сестрой перекладывая чемодан Алексис с кровати на кровать и громко препираются по поводу того, кого из них должны убить первым.

Джонни и Роуз ждут, когда Роланд выйдет из туалета. К ним приходит Алексис: вообще-то, по-моему, здесь довольно уютно. Мойра: ты сказала «уютно»? Нет, Алексис. Дом Марты Стюарт в Хэмптоне уютный. Появляется Дэвид: где этот чеканутый? Родители делают беззвучные знаки, но Дэвид их не понимает. Джонни: в туалете! Он не хочет уходить. Роланд выходит из туалета, оттуда распространяется жуткая вонь: напомните мне починить там окно, а то не открывается. Роланд опять плюхается на кровать и пялится в телевизор. Джонни: спасибо вам за все, но нам нужно сейчас побыть наедине, в семейном кругу. Роланд: без проблем. Кстати, вон те шторы закрываются, так что… Ой, смотрите, у вас есть 19-й! У Джонни сдают нервы, он орет: Роланд, свали отсюда на хрен! Повисает неловкая пауза. Джонни: ладно, слегка переборщил, это было неуместно. Просто мы немного устали, это был долгий день. Таблетки на нас уже не действуют. Я думаю, нам нужно немного времени, чтобы остыть. Роланд: не нужно извиняться, я понял, вам нужно провести время вместе и все такое. Знаешь, я тогда просто свалю отсюда на хрен. Роланд уходит.

Роузы приходят в кафе «Тропикал». Дэвид: мы здесь что ли есть будем? Алексис: а что? По-моему, миленько. Мойра: Алексис, что на тебя нашло? Комната уютная, это место миленькое. Дэвид: я просто в шоке от этого места. Не знаю, что тебе в нем понравилось. Мойра: город отвратителен, просто жуткий. Алексис: он прелестный. Такой затейливый, словно из сказки. Джонни: что, черт возьми, с тобой такое? Алексис: ладно. Ставрос прилетает за мной, и я собираюсь немного с ним пожить. Мойра: но этого не произойдет. Я потрясена, что моя малышка превратилась в эгоистичную, двуличную шлюху.

К Роузам подходит официантка (Твайла Сэндс), она вручает каждому из них по меню. Здравствуйте, я – Твайла, сегодня я ваша официантка. Я читала о вас, ребята. Все, через что вы прошли, это такой отстой. У меня есть троюродный брат, занимается телемаркетингом. Заработал кучу бабла, а потом оказалось, что этот бизнес незаконный, и он все потерял. Джонни: не совсем то же самое. Твайла: ну да. Его на год в тюрьму посадили. Там жутко, но он там испанский язык учит. Думаю, что-то типа «хватит, мне больно». Мойра: чудесная история. Оставьте нас на минуту. Твайла: как будете готовы – я вон там.

Мойра выговаривает дочери: я запрещаю тебе оставлять нашу семью. Ты ведешь себя, как избалованный ребенок. Дэвид: по-моему, это просто непростительно. Алексис: а по-моему, ты просто завидуешь, что я отсюда сваливаю. К тому же у тебя на брови куча перхоти. Джонни: дети, хватит. Мойра: мир вокруг нас рушится, Джон, и я умираю внутри. Джонни: мне и самому немного тошно.

Роузы возвращаются в мотель и обнаруживают, что входные двери в их комнаты отсутствуют. Алексис: а что, если они забрали наши вещи? Дэвид: да там и брать-то нечего. Мойра: у меня есть чего! Она лихорадочно начинает что-то искать.

Джонни идет на ресепшн: у меня проблема. Кто-то украл наши двери. Стиви: об этом вам лучше поговорить с Роландом. Он живет дальше по улице. Из мотеля налево и еще раз налево. У дома припаркован пикап. На бампере наклейка с голой Хелен Миррен.

Мойра в истерике: мои сережки с бриллиантами пропали! Алексис: не драматизируй ты так. Мойра: заткнись и ищи их!

Джонни приходит к Роланду, требует: верни мне двери, пока не стемнело. Мой сын боится мотыльков. Роланд: дело в том, Джон, что ты очень плохо поступил. Ты унизил меня на глазах своей семьи. В детстве, когда я плохо себя вел, отец снимал двери моей комнаты и приговаривал: Роланд, личное пространство нужно заслужить. Джонни: я что-то потерял нить. Какое, черт возьми, это отношение имеет к личному пространству? Роланд: а никакого. Я просто психанул и снял двери. Джонни: если ты обиделся на то, что я сказал в мотеле – знаю, но ничего личного. Роланд: ладно, извинения приняты. Джонни: это были не извинения, а объяснения. Роланд: тем не менее, я принимаю извинения. Джонни: которых не было. Роланд: еще раз спасибо, что извинился. Джонни: я ни перед кем не извинялся и не намерен продолжать диалог. Роланд: извинился в очень милой и скромной манере, для такого нужно быть великодушным. Вот, кто такой Джонни Роуз – великодушный человек.

Мойра продолжает безуспешные поиски. Мимо проходит Стиви. Мойра ее подзывает: скажите, вы не видели сегодня рядом с отелем бродяг или нариков? Стиви: нет, никаких нариков. Мойра: пока наши комнаты были вставлены на всеобщее обозрение, кто-то подобрался сюда и украл мои серьги. Но сегодня здесь были только вы. Полагаю, вы единственная, кто был в здании. Стиви: кажется, я поняла, к чему вы клоните. Мойра: нет, я лишь уточняю, что, когда украли серьги, здесь были вы одна. Стиви: хотите сказать, я их взяла? Мойра: нет, как можно. Но я также не буду заявлять в полицию, если мои серьги внезапно вернутся. Стиви: знаете, мне нужно бежать. Хочу успеть в ломбард до закрытия, я торчу своему дилеру кучу бабла. Стиви уходит. Появляется Дэвид: что случилось? Мойра: я вежливо спросила эту администраторшу, она ли взяла мои серьги. А она оскорбилась и теперь помчалась в ломбард. Дэвид: что? Мне же нужно полотенце!

Дэвид догоняет Стиви: простите, если мама обвинила вас в воровстве. Стиви: да ничего. Дэвид: то есть, когда вы будете у нас убираться, то не будете подкладывать разные странные штуки в кровати из мести? Стиви: я не буду у вас убираться. Дэвид: хорошо. Но, по-моему, вы грубоваты. Я уже трижды попросил у вас полотенце, чтобы наконец-то отмыться от этого города. Думаете, я здесь по своей воле? Стиви: а вы думаете, я здесь по своей воле? Дэвид: я, вообще-то, не в курсе. Вы мне с самого начала односложно отвечаете. Стиви: если я дам вам полотенце, вы дадите мне спокойно уехать? Дэвид: да! Стиви: ладно. Но это лишь потому, что вы назвали меня грубой. Сочту это за комплимент.

Джонни видит разгром в комнате, который устроила Мойра: что здесь произошло? Мойра: нас ограбили. Прямо сейчас местная девка закладывает мои серьги ради наркоты. Бриллиантовые? Да, единственные, которые я смогла спрятать под языком. Джонни: я взял твои серьги из коробки с салфетками и спрятал в свою обувь для сохранности. Мойра обнаруживает пропажу.

В комнату с воплями отчаяния вбегает Алексис: нет! Ставрос только что написал. Он меня бросил, он не прилетит. Он сказал, что у него нет времени лететь за мной, потому что он идет на вечеринку в PDD, и он не успеет и то, и другое. Но ведь я должна была идти с ним на эту вечеринку. Джонни: он мне сразу не понравился. С того момента, как на моем юбилее он предложил нюхнуть кокса. Дэвид: просто из любопытства, что ты сейчас думаешь? Считаешь ли ты этот мотель уютным или нет? Алексис: ну ты и паскуда, Дэвид. Дэвид: это я паскуда? Разве это я бросил тебя ради тусовки? Джонни: Дэвид, помоги мне с дверями. Дэвид: не могу, я только что из душа, волосы еще не высохли. Мойра: бери немедленно молоток и вколачивай последний гвоздь в крышку нашего гроба!

Перед сном Алексис жалуется брату: мне следовало догадаться, он меня уже пять раз бросал. Тогда в Рио он меня так и не встретил. Или помнишь, как он мне подарил обручальное кольцо своей бывшей жены? И еще: прошлым летом, когда оставил свою наркоту у меня бардачке, и потом меня арестовали. Дэвид: можешь сделать мне одолжение? Никогда больше никому это не рассказывай. Ладно?

В комнату входят родители. Джонни: дети, мы хотим пожелать вам спокойной ночи и напомнить, что мы со всем справимся. Мы очень скоро снова встанем на ноги. Мойра: конечно, к тому времени наши ноги уже будут босы, изувечены и грязны от ходьбы по окуркам и разбитым пивным бутылкам. Так что, серьезно, Алексис, хватит уже о Ставросе. Алексис: ну, прости, что у меня сейчас тяжелый период. Дэвид: у тебя тяжелый период?

Джонни и Мойра уходят в свою комнату, ложатся спать. Мойра: доброй ночи. И помолимся, чтобы завтра не проснуться.

Под утро Джонни просыпается от того, что на него капает с потолка. Он вскакивает с постели, будит жену. Мойра: о, нет! Я только наревелась и заснула. Джонни: постель насквозь мокрая! Мойра: это что, кровь? Джонни: нет, потолок протекает. Капает какая-то коричневая гадость. Это место помойка! Это чертова дыра!

Джонни будит детей: подъем! Собирайтесь. Водопровод здесь ни к черту, мы уезжаем. Дэвид: что на тебе надето? Пеньюар? Джонни: это ночная рубашка. Но сейчас речь не об этом, а о том, что у меня в постели коричневая жижа. Мы продаем этот город. Как зовут ту болтливую малолетку на ресепшене? Дэвид: не знаю. Я вообще стараюсь общаться с людьми по минимуму. И я рекомендую серьезно подумать насчет этого пеньюара. Выглядишь, как Гобсек. Алексис: боже, вот, кого он напоминает. Джонни: ладно, я сам пойду. Джонни: счастливо, Плюшкин.

Облачившись в деловой костюм, Джонни идет на ресепшн, вызывает заспанную Стиви. В моей комнате протечка, отвратительная коричневая сточная вода все утро капала на мою кровать. Я насквозь промок. Мне нужен сантехник. Вызовите его. Стиви берется за телефон: уточню, дома ли он и в адеквате ли. Он хороший парень, но забулдыга. Джонни: мне также нужен агент по недвижимости. Тут есть хороший риелтор? Стиви: есть один парень, зовут Рэй. Сиви вручает Джонни визитку: он лучший. Правда, он единственный, так что… Могу я вам еще чем-то помочь? Джонни: да. Мы с женой сегодня будем завтракать в номере. Пожалуйста, яйца по-флорентийски и йогуртовое парфе. Стиви: к сожалению, поскольку у нас ничего нет, то обслуживание номеров мы не производим. Но вы всегда можете воспользоваться нашим бесплатным эспрессо-баром. Джонни смотрит на дешевенькую кофе-машину: я, скорее, потолочной жижи попью.

Мойра ложится в постель рядом с Дэвидом, просит сына: помни мне спинку. В детстве вечерами я постоянно делала тебе массаж. Дэвид: да, в обмен на половину карманных денег. Мойра: ладно, выбери какую-нибудь серебряную побрякушку из моих аксессуаров. Дэвид массирует матери плечи. Алексис пялится в телефон: боже, у нее тату «Акуна Матата». Дэвид: он и до тебя встречался с эскортницами, диснеевские тату его вряд ли удивят. Алексис: мы договорились не постить ничего в соцсетях после разрыва. Дэвид: он встречается со шлюхами. Алексис: ну, простите, что я друзей не на кастингах нахожу. Кстати, раз уж заговорили, где все твои друзья? Дэвид: они уважают мое личное пространство, потому что они тактичные люди. Знаешь, я думаю, это даже к лучшему, что он бросил тебя. Алексис: он не бросал меня. Мы совместно решили, что лучше, если он будет с кем-то еще. Мойра: дети, бездумные ссоры непозволительны, это для нас роскошь. Вы не видите всей правды, и отчасти я рада этому. Но темная сторона мира обнажила свое ужасное лицо… Дэвид встает с постели, идет в туалет и запирается там.

Джонни и Мойра встречаются с Рэем. Они сообщают, что хотят продать Шиттс Крик и рассчитывают получить за него сумму не менее той, за которую его приобретали. Рэй говорит, что обольщаться не стоит: государство не видит ценности в Шиттс Крик, оно отобрало все ваши активы, а город вам оставили. Но я сделаю все возможное. Сначала необходимо получить одобрение Роланда, и потом уже действовать.

Дэвид вывешивает во дворе мотеля белье после прачечной. Он говорит Стиви: эти полотенца, похоже, не отстирались, они пахнут куревом. Стиви: они так и должны пахнуть. А еще передай своему отцу, что сантехник был занят. Я передвинула кровать и на ее место поставила ведро. Дэвид: ладно, это уже не наши проблемы, мы продаем город. Стиви ехидничает: но здесь же так прикольно жить! Дэвид: а ты забавная. Стиви: спасибо. Я понимаю, это, наверное, не твоя тема, но сегодня вечером будет тусовка. Не совсем клубная вечеринка, но близко. Дэвид отказывается туда идти: я не готов стать объектом классовой ненависти. Подходит Алексис, снова жалуется брату, что Ставрос постит свои фото с какими-то «шалашовками». Потом она спрашивает Стиви: здесь есть бар поблизости, или это один из религиозных штатов? Стиви: я только что рассказывала твоему брату про сегодняшнюю вечеринку, но он отказался. Алексис: а я пойду! Итак, я ищу парня вроде механика или кого-то, кто работает с инструментами. Рост минимум метр 73, пухлые губы, спортивное телосложение. Мне бы это пошло на пользу, так что спасибо за приглашение. Стиви: да не за что. Жду с нетерпением. Хорошенько повеселимся.

Роланд заявляет Джонни, что подпишет разрешение только после того, как Роузы все семьей поужинают у него: ты же не пренебрегаешь моим гостеприимством?