Дальний космос (фильм 2021)

Небольшая команда, состоящая из трех человек, отправляется в экспедицию к Марсу. Экипажем проекта корпорации Гиперион руководит опытный командир Марина Барнетт, вместе с ней летят биолог Дэвид Ким и медик Зои Левенсон. Путешествие должно продлиться два года.

Во время старта космического корабля командир Барнетт отмечает, что двигатели работают не на полную мощность, передает информацию в ЦУП, что они готовы прервать полет и совершить аварийную трансатлантическую посадку. Но ей поступает команда: у вас достаточно топлива, чтобы скомпенсировать вес двигателя, продолжайте полет. Марина ее выполняет. Происходит отделение разгонного блока, космический корабль проходит точку максимального динамического давления, правый двигатель отключен. После сильной тряски экипаж испытывает состояние невесомости. Зои, самый молодой член команды, смотрит в иллюминатор. Ее завораживает открывшийся космический пейзаж.

Полет проходит в штатном режиме. Марина приступает к процессу стыковки с межорбитальным модулем. Скорость сближения соответствует расчетным показателям. Корабль переходит в режим свободного дрейфа. Командир говорит экипажу: ну, держитесь! Включается искусственное гравитационное вращение, сила тяжести увеличивается, астронавты испытывают перегрузку, которая близка к пятикратной. Дэвида рвет. Происходит выдвижение телескопических тросов, развертывание солнечных батарей. Марина завершает диагностику, все системы работают в оптимальном режиме. Командир, наконец, может вздохнуть с облегчением, она говорит: вот и все, отбой. С Земли передают: как всегда – безупречная работа. Марина: спасибо за поддержку, Джим. До следующего сеанса связи.

Астронавты отстегивают ремни безопасности. Зои вскакивает со своего места. Она в восторге: вроде бы все так буднично, но ведь это же чудо! Что-то невероятное! Зои интересуется самочувствием Дэвида, тот говорит, что с ним все в порядке.

Команда обустраивается на борту космического судна. Астронавты переносят личные вещи в спальный отсек, распаковывают контейнеры с оборудованием.

Экипаж садится за стол. Зои дает Дэвиду лекарство: это поможет. Дэвид обращает внимание на кружки с логотипом Йельского университета, которые использует Зои, он удивляется: ты серьезно? Как комиссия разрешила тебе взять это? Ты потратила восемьсот граммов из кило, выделенного на личные вещи, на кружки. Ты такая патриотка альма-матер? (Сам Дэвид учился в Гарварде). Зои смеется: тебя так легко подразнить, Дэвид. А как врач я советую тебе это выпить.

Марина готовится начать сеанс видеосвязи с Землей. Зои репетирует свою речь, спрашивает Дэвида как правильно поставить ударение в слове «феномен». Тот ей подсказывает, затем интересуется, как он выглядит. Зои утверждает, что в униформе астронавта Дэвид выглядит сногсшибательно. Марина начинает сеанс: привет, мы на связи, слышимость превосходная. Добро пожаловать на MTS-42. Ее просят рассказать о внештатной ситуации на старте. Капитан докладывает: во время старта неизбежно бывают некоторые шероховатости, но благодаря высокому профессионализму нашей наземной команды мы благополучно причалили к нашему космическому такси. Экипаж поздравляют с тем, что он успешно справился с ситуацией. Марина: мне и радостно, и немного грустно. Для меня это уже третья миссия, после которой я уйду на покой. Хочу сказать, что для меня огромная честь работать с таким невероятно талантливым экипажем. Затем своими впечатлениями делится Зои: прошло лишь несколько часов, но то, что я пережила, не поддается описанию. Это невероятный опыт. Честно говоря, я не думала, что окажусь здесь, представляла себя обычным земным медиком. Но разве угадаешь, куда тебя забросит жизнь? Я подала заявку в проект, потому что подумала: забавно будет получить отказ от Гипериона. Но теперь я понимаю, что эта была одна из тех редких возможностей, которые раз и навсегда меняют жизнь, давая ей обрести самый высокий смысл. Освоение космоса – это путь к величайшим медицинским открытиям, эволюционный феномен для всей науки. К сеансу подключается Дэвид: полет был незабываемым. Понадобилось время, чтобы привыкнуть к искусственной гравитации. Два года разлуки с женой – это долгий срок, но такой шанс проявить себя выпадает раз в жизни, я благодарен ей за поддержку. Мои исследования должны решить задачу длительного поддержания жизни на Марсе. Пока мы делаем лишь первые шаги к тому, чтобы Марс стал нашим вторым домом. Марина довольна своим экипажем: из тысяч кандидатур – студентов, аспирантов и ученых со всего мира – эти двое были самыми лучшими. У меня нет никаких сомнений в их способностях и качестве подготовки. Верю, они справятся с любой проблемой.

Марина проверяет показания бортовой аппаратуры. Неожиданно она замечает пятна крови на полу. Марина смотрит на потолок, где находится крышка системы жизнеобеспечения. Кровь капает из-под нее. Марина вскрывает щиток, оттуда вываливается бесчувственное тело. Оно падает прямо на Марину, повредив при этом один из приборов. Марина получает травму руки, кричит от боли. Прибегают Дэвид и Зои. Они перетаскивают тело незнакомца в медпункт. Темнокожий молодой человек жив, но он без сознания, на его боку – кровоточащая рана. Зои ее обрабатывает, накладывает швы. Дэвид ей помогает. Он в недоумении: откуда он взялся?

Марина обнаруживает бейдж, на нем указано имя Майкл Адамс. Капитан выходит на связь с ЦУПом, докладывает: выявлены повреждения в функциональном блоке. Переработка поступающего атмосферного воздуха некоторое время будет затруднена. Джим, кто, черт возьми, на меня свалился? Он еще без сознания. Вдруг он опасен? Может, нам как-то изолировать его?

Дэвид спрашивает Зои: когда он очнется? Та говорит: понятия не имею. Я вообще не понимаю, как он выжил.

Пока Зои накладывает изготовленную ею на 3D-принтере лангету на травмированную руку Марины, та сообщает: его зовут Майкл Адамс, он из техслужбы космодрома – это все, что известно. С этим сейчас разбираются. Дэвид: у нас не бывает подобных ошибок. Зои: а он не мог пробраться специально? Марина: Гиперион пока не знает ответа. Зои говорит, что рука Марины будет заживать долго, как минимум полтора месяца. Капитан обеспокоена: уровень углекислого газа увеличился, поглотитель не работает, обесточен весь функциональный блок системы жизнеобеспечения. Начнем использовать канистры с гидроксидом лития. Дэвид выполняет указание Марины. Та продолжает: кислородные маски в тренажерном зале тоже подключены к поглотителю СО2, так что давайте пока воздержимся от упражнений. Есть, командир.

Майкл приходит в себя, поднимается с медицинской каталки, осматривается. Его охватывает паника: мы что, в космосе? Что случилось? Прибегает Зои, пытается его успокоить: дышите глубже, вы в безопасности. Я врач, сосредоточьтесь на дыхании, а я проверю ваши швы. Вы поранили бок во время взлета.

Марина представляется Майклу, задает ему вопросы. Тот рассказывает: я инженер техслужбы Гипериона. Я проверял двигатели второй ступени, думал, что пристегнут, но… А как долго я был без сознания? Марина: мы взлетели 12 часов назад. Майкл снова начинает паниковать: мне срочно нужно к сестре! Она совсем одна. Пожалуйста, верните меня, умоляю. Мне нужно назад, на Землю! Марина: это невозможно, у нас попросту не хватит топлива на обратный путь. Сейчас я свяжусь с Гиперионом, попробуем решить вашу проблему.

Спустя некоторое время Марина сообщает Майклу: Гиперион связался с твоей сестрой, с ней все в порядке. Ей наймут круглосуточную сиделку и оплатят все расходы. Руководство миссией хочет ввести тебя в курс дела, когда мы завтра выйдем на связь. Майкл: во-первых, я хочу извиниться за переполох, который тут устроил. Это такой шок – очнуться и понять, где ты. И, конечно, я не буду пассажиром. Я знаю, как мал корабль, и как много здесь работы. Я готов делать все, что мне велят, я быстро схватываю и не боюсь никаких трудностей. Марина: рада это слышать. Подождем, какое решение примут в Гиперионе. А пока Зои объяснит тебе правила безопасности на корабле. Дэвид: хочу предупредить тебя сразу, что Зои у нас на корабле взяла на себя роль аниматора. А ты учишься? Майкл: да, на инженера-конструктора, заканчиваю курс. Я надеялся стать разработчиком для следующей миссии. Зои шутит: думаю, теперь ты пройдешь вне конкурса. Добро пожаловать на борт.

Перед сном команда обсуждает, чем можно занять Майкла. Дэвид предлагает: пусть помогает мне записывать данные, вдвоем будет веселее. Зои смеется: тебе придется сделать его соавтором всех твоих публикаций. Майкл: об этом пока рано говорить.

Утром Зои проводит для Майкла инструктаж по технике безопасности. В том числе, показывает камеру-поглотитель электромагнитного излучения, где нужно пережидать солнечные вспышки. Потом Зои расспрашивает Майкла про его сестру. Тот говорит: ее зовут Ава, у нас с ней больше никого нет.

Майкл помогает Дэвиду записывать данные в лаборатории с рассадой. Дэвид привык заниматься этим под музыку, он обожает классику джаза, к которому его приучила жена. Майкл подобную музыку не воспринимает: это просто нагромождение звуков, какофония.

Марина поручает Зои осмотреть поломку аппаратуры в функциональном блоке. Зои выясняет, что там произошло короткое замыкание: тут все почернело. Марина докладывает в ЦУП: у нас повреждена система жизнеобеспечения. Я прошу вас изучить снимки поглотителя СО2. Его необходимо починить, Джим. Иначе миссия под угрозой.

Марина беседует с Дэвидом наедине. Сколько кислорода выделает твоя рассада? Ничтожно мало, где-то 90 литров в день. Можно поднять цифру до 950? Нет, микрозелень – это материал для разведения, а не для поглощения СО2. А разве не это ты собирался изучать? Да, но уже на Марсе. Для этого у меня заготовлены водоросли. А водоросли сколько кислорода могут дать? В подходящих условиях я, наверное, мог бы получить то, что тебе нужно, но все оборудование уже улетело на Марс на грузовом корабле. А что у нас происходит, поглотитель отказал совсем? Марина: мы еще не уверены. Запасных канистр недостаточно. Дэвид: я могу попробовать вырастить их здесь, но мы рискуем потерять всю колонию водорослей. Можно взять половину, тогда у меня останется запас для разведения культуры на Марсе. Марина: отлично. Отложи все остальное и сосредоточься на этом. Зои и Майкл сейчас снимают поглотитель, им пока не нужно ничего знать.

Дэвид выполняет распоряжение командира. Зои и Майкл снимают поврежденный поглотитель. Зои страшно смотреть на тонкую оболочку, которая отделяет их от космоса. Майкл говорит: мне об этом известно. Конструкторы, чтобы скомпенсировать вес третьего астронавта, убрали один защитный слой. Зои делает круглые глаза: зачем ты это сказал? Мне стало еще страшнее.

Когда Майкл снимает скафандр, в котором он работал, Зои замечает у него кровь на боку. Она проверяет швы, обрабатывает их, делает инъекцию. Во время процедуры Зои обращает внимание на шрамы от ожогов, которыми покрыто тело Майкла.

Дэвид докладывает командиру: боюсь, мы не сможем получить больше 500 литров кислорода в день. Марина: но это же прекрасно. Это ровно половина того, что нам нужно. Размораживай и запускай вторую партию. Дэвид: нет, ради этого мне придется убить микрозелень. Водоросли растут еле-еле, без оборудования я получу лишь мизерную часть предполагаемого объема. Если я разморожу остаток – никто не гарантирует, что количество кислорода удвоится. Это очень ненадежный способ. Водоросли могут погибнуть в любой момент, и я потеряю все, что готовил для Марса. В этом исследовании вся моя жизнь. Какой смысл ставить на миссии крест, если еще есть шанс починить поглотитель? Марина: шанса нет, Дэвид. Поглотитель погиб безвозвратно.

Дэвид скрепя сердце уничтожает всю рассаду и размораживает вторую партию водорослей.

Майкл записывает видео-сообщение сестре. Привет, Ава. Слышал, ты поладила с парнями из Гипериона, но они заставляют тебя делать уроки. Жду не дождусь твоего селфи. А я тут живу, как в раю. Сперва я боялся, что стану обузой для команды, но мне тут же нашли дело. Мне очень неловко, что все вышло именно так. Но сейчас я думаю, что это событие поменяет нашу жизнь к лучшему.

Марина сообщает в ЦУП, что вторая партия водорослей полностью погибла. Ей дают указания: ничего не предпринимайте. Выходить в космос категорически запрещаем. Марина: а почему вылазка к ракете – не вариант? Джим: потому что вы подвергнете себя и экипаж опасности. Вы должны как-то избавиться от нежданного пассажира. Марина плачет: вы должны меня понять… А нельзя мне занять его место? Ведь Гиперион может удержать капсулу на марсианской орбите и прислать нового пилота. Джим: Барнетт, эмоции сейчас ни к чему. Речь идет о жизни экипажа. Возьмите себя в руки и выполняйте указание.

Марина сообщает Дэвиду и Зои: мне трудно говорить об этом… Дело в том, что поглотитель СО2 навсегда вышел из строя. Канистры с гидроксидом лития – это лишь временное подспорье. Кислорода на борту хватит только на двоих человек. Я попросила Дэвида использовать его исследовательский материал. Водоросли дали запас еще на одного. Нам не долететь до Марса с Майклом на борту, мы задохнемся от избытка углекислоты за месяц до прибытия. Этот корабль был рассчитан на двоих, в Гиперионе на свой страх и риск сделали его трехместным, но четверых ему не выдержать. Дэвид: я думал об этом. Наша главная задача – долететь до марсианской колонии, так? Тогда СО2 – не проблема. Можно понизить давление и стравить его наружу. А кислород можно добыть из баллонов для десатурации или расщепить воду электролизом. Марина: этого не хватит, мы выиграем неделю, но не месяц. Зои: а если пошлют грузовой корабль за нами вдогонку? Марина: мы летим слишком быстро. «Фишер» – самая мощная ракета из всех. Зои: там же есть огромная емкость с жидким кислородом для запуска. Наверняка что-то осталось. Марина: отсюда у нас не получится это выяснить. Мы не можем смотать тросы и приблизить «Фишер». Зои: значит, нужно добраться туда самим. Дэвид: но ведь это целых полкилометра! Марина: послушайте, на Майкла с начала запуска расходуются запасы топлива и кислорода. Сейчас это стало критично. Вылазка к ракете – это риск повредить солнечные батареи, задеть энергокабели и вообще не вернуться. Гиперион все просчитал. Я не могу рисковать вами обоими ради призрачного шанса спасти Майкла. Дэвид: сколько времени у него осталось? Марина: я скажу ему сегодня. Будем реалистами, каждый день его жизни – это угроза для нас. Зои: неужели нельзя сначала убедиться, что мы исчерпали все возможности? Марина соглашается подождать десять дней: мы с вами прошли отбор, нас готовили физически и психологически, а Майкла – нет. У него может быть непредсказуемая реакция. Поэтому наш разговор должен остаться между нами.

Через три дня Дэвид говорит Марине: чем дольше мы ждем, тем труднее нам будет решиться это сделать.

Зои продолжает лечить Майкла. Тот рассказывает: у нас дома случился пожар. Мне тогда было девять лет. Думаю, все началось в квартире под нами. Я спал рядом с Авой, она совсем кроха была. Мы едва не погибли. В последний момент отец успел нас вытащить, но сам не выжил. Нас с Авой потом куда только ни бросало. Но мы всегда держались вместе. Я стал ее официальным опекуном. Вот почему мне так трудно быть вдали от нее.

Все члены экипажа страдает от груза ответственности и чувства вины за то, что вынуждены избавиться от лишнего пассажира.

Ночью Дэвид приходит к Майклу и сообщает о сложившейся ситуации. Буду с тобой откровенен, мне строго-настрого запретили тебе об этом рассказывать. Но, если мы полетим вчетвером, то все погибнем. Дэвид вручает Майклу шприц с ядом: тебе не будет больно, ты просто уснешь. Прости, Майкл. После ухода Дэвида Майкл плачет. Он записывает сообщение для Авы: я больше не смогу быть с тобой каждый день и час. Но ты сильная, ты гораздо сильнее меня. Знаешь, я повстречал здесь удивительных людей – умных, неравнодушных, увлеченных. И все они похожи на тебя. Пора прощаться. Я тебя люблю.

Майкла со шприцем в руках видит Зои, она говорит: ты не должен этого делать. Майкл: другого выхода нет. Ты за меня боролась, спасибо. Но тут без вариантов. Зои рассказывает историю: это случилось 12 лет назад. Я подрабатывала летом на пляже, должна была просто дежурить. Там повсюду висели знаки, что купаться нельзя, заходить в воду опасно. Как-то на пляж пришла подвыпившая компания, они часто разводили костер на берегу. И я вижу парня в воде, его дружки уже отключились и ничего не замечают, а он просто тихо тонет. Я бросаюсь звонить – мне никто не отвечает. Помню, был сильный прилив. Я прыгаю в воду, а когда подплываю, чувствую, что уже без сил. Я пытаюсь удержать его голову над водой в течение пяти минут, но мне все тяжелей. И вот я больше не могу. Вдруг откуда ни возьмись чья-то рука на моем плече, и кто-то тянет нас обоих из воды за секунду до того, как я бы его выпустила. Майкл: как ты узнала, что тебя спасут? Зои: никак, я этого не знала. Время еще есть, значит, есть и надежда. Не будем сдаваться. Зои забирает у Майкла шприц.

Зои устраивает разборки Дэвиду. Тот оправдывается: мы испробовали все, чтобы сохранить ему жизнь, а сейчас просто тянем время. Я лишь хочу сберечь то, что осталось от миссии, включая тебя. Считай, что Майкл погиб при взлете. Зои: ты невзлюбил его сразу, ты и пальцем не шевельнул для его спасения. Дэвид: я уничтожил весь мой труд! Три года моей подготовки пошли псу под хвост. Двухлетний эксперимент погиб, не начавшись. Я пожертвовал всем, чтобы его спасти. А что ты сделала, Зои?

Зои пытается научить Майкла действовать в условиях открытого космоса, но у него ничего не получается.

Зои говорит Марине: знаю, что вылазка к ракете – это опасно, но мы должны на это пойти. Я не прощу себе, если не сделаю все возможное, чтобы спасти Майклу жизнь. И мне нужен ты, Дэвид. Майклу не подняться по тросам, он пытался. Дэвид соглашается. Марина сообщает: кислород нам нужен уже на двоих.

Командир дает Зои и Дэвиду указания перед совершением вылазки к ракете. Марина очень переживает, что из-за больной руки не может сделать этого сама: вас не учили выполнять задачи такой сложности, поэтому сохраняйте спокойствие, поддерживайте друг друга и не торопитесь, спешить нам некуда.

Зои и Дэвид облачаются в скафандры, выходят из корабля. Марина находится с ними на связи, контролирует их действия. Передвигаясь по тросам при помощи страховочных зажимов, Зои и Дэвид с большой осторожностью преодолевают 500 метров и достигают ракеты. Зои спускается к цистерне со сжиженным кислородом. Выясняется, что его достаточно, чтобы заполнить две канистры. Дэвид на веревке спускает первую канистру. Зои сливает туда кислород, стараясь минимизировать утечки из-за негерметичности соединения. Дэвид поднимает наполненную канистру и спускает вторую. Внезапно раздается сигнал тревоги. Марина отдает команду: срочно уходите, приближается солнечная буря! У вас двадцать минут. Дэвид торопит Зои: скорее наверх. Зои: я не могу бросить канистру, это кислород для Майкла. Марина: была мощная вспышка на солнце, радиация будет для вас смертельной. Возвращайтесь немедленно!

Зои бросает вторую канистру. Они отправляются в обратный путь. У Дэвида не хватает сил, он останавливается перевести дыхание. Зои идет вперед, при снижении уровня гравитации слишком ускоряется, не успевает пристегнуться страховочным зажимом к тросу и падает на корпус корабля. При этом она выпускает из рук веревку с привязанной к ней канистрой. Ее уносит в открытый космос.

Зои и Дэвид возвращаются внутрь корабля. Вся команда в отчаянье из-за провала операции. Дэвид говорит, что нужно переждать бурю и достать оставленную наверху подтекающую канистру с кислородом: тогда трое из нас смогут выжить. Марина: буря может продлиться несколько часов. Майкл: я пойду. Марина: тебе не добраться даже до середины. Зои: если ты не вернешься – один из нас тоже умрет. Дэвид: я пойду. Зои: нет, тебя я туда не пущу. Ты должен вернуться домой, пусть у вас будут дети. И ты отправишь их в Йель, хорошо? Марину душат слезы: Зои, если б я могла… как бы я хотела сама… Зои: знаю. Зои принимает решение пожертвовать своей жизнью ради спасения остальных.

Зои снова облачается в скафандр и выходит в открытый космос. Она доставляет на корабль канистру с кислородом, а сама остается снаружи. В ожидании неминуемой гибели от воздействия радиации Зои вглядывается в космическую даль, где яркой точкой светится красная планета. Звучит ее закадровый голос. Я подала заявку в проект, потому что подумала: забавно будет получить отказ от Гипериона. Но теперь я понимаю, что эта была одна из тех редких возможностей, которые раз и навсегда меняют жизнь, давая ей обрести самый высокий смысл…